Цвета индиго

Кабинет она решила обустроить в классическом стиле: три настенных и один ручной сенсорвизоры, картинная галерея и музыкальные роботы.

Но все почему-то медлила. Разрушишь бабушкин быт – и не останется прошлого. Взять хотя бы этот диван – как радовалась ее бабуля новомодной тогда функции несъемной стирки и озонирования!

В итоге Патрисия только купила живую библиотеку, предлагавшую на выбор книги, фильмы и музыку за любой период истории, и часто спала прямо здесь, в гостиной, проецируя себе перед сном книжку на потолок.

– («Каждый цвет может быть ярким, насыщенным и чистым, – ответил ей Стар. – И каждый – грязным. Если красный ярок и чист – это истинное величие. Но такие разумные рождаются редко. Все коричневые и красные, которые я видел у землян – грязны»).

Потом он, если можно так выразиться, помолчал. А потом тихо – именно тихо, хотя и мысленно – добавил:

– («Я люблю синий цвет, он не бывает грязным. И в тебе есть яркий синий. Но главное – ты индиго»).

И снова та же странная интонация, заметила Пат.

– («А это что значит?») – с некоторой опаской спросила она.

– («Это очень редкий цвет даже у нас. Мой отец индиго. Мама говорит, что индиго можно доверять всегда. Это высший цвет. Его уважает Лайдер»).

– («Странно, – растерялась Пат и невольно обернулась. – Вот уж не замечала в себе ничего особо высокого. Уверяю тебя, я совсем не…»)

– («Только индиго может так ответить»), – произнес, словно привычную поговорку, Стар, и неожиданно улыбнулся.

Улыбка у него оказалась замечательной – ряд ровных зубов, ямочки на смуглых щеках.

– Спасибо за постель и обед, – вслух произнес он. – Я буду спать.

– Спи. Как только что понадобится – зови.

Она пыталась понять, что должна делать дальше, уйти или остаться.

– («Останься, мы будем говорить еще»), – мысленно приказал Стар.

– Я посижу здесь, если не возражаешь, – тут же вслух подхватила она.

– Мне все равно, – последовал ответ.

Интересно, подумала Пат, парень практически управляет ею, а она подчиняется.

Дальше разговаривать стало проще. Патрисия притворялась, что читает. Поскольку диван занял гость, она выбрала себе книжную дощечку – макет, создающий объемную иллюзию перелистывания старинной бумажной книги. Этот проектор ей тоже достался в наследство, точнее, Патрисия сама подарила его бабуле, вспомнив, как та мечтала о настоящих бумажных книгах из своего детства.