Цвета индиго

– Ты нарушил повеление Лайдера, – сообразила она. – Тебя снова накажут. Хотя… наверное, больше наказать уже некуда, правда?

Она усмехнулась, ожидая, что вежливый хозяин ее опровергнет и скажет, что она ему вовсе не в тягость. Однако не тут-то было.

– Возможно, – серьезно согласился дор. – Но я не буду лишать тебя зрения снова, потому, что, когда ты видишь истинную суть вещей, ты теряешь слишком много энергии. Ты к этому не готова. Это новое знание, и я донесу его до Лайдера.

В кромешной тьме Патрисия села на свою лежанку, ощутив волшебное тепло покрывала, сбросила обувь и подтянула под себя ноги.

Однако она продолжала удерживать Кетла за руку, пытаясь привыкнуть к мысли, что сейчас останется здесь одна в темноте. Не страшно, не страшно, повторяла себе Пат – если станет совсем уж тускло, она сможет нащупать выход.

И все-таки у нее вырвалось:

– Не уходи… пожалуйста.

Звездные впечатления казались теперь далеким сном, вместе с обычным зрением вернулась прежняя Пат, которая почти ничего не боялась – только темноты, высоты и замкнутого пространства.

И он не ушел. Не отпуская ее руки, присел рядом с лежанкой. Патрисия даже и не надеялась на такое, и благодарно замерла. Словно она оказалась в гостях у бабушки – ну ладно, пускай у дедушки, и он только что прочитал ей сказку, и послушно остался дожидаться, пока любимая внучка заснет. А внучка-то эта совсем не индиго, потому что плевать ей на то, что усталый дед сидит тут и караулит ее сон, главное, что ей теперь удивительно спокойно… и все смешалось, и какой-то голос что-то тихо и монотонно говорит в ее голове – может, поет колыбельную? «Это напиток так действует?», – спросила она словно у самой себя.

«Я помогу тебе уснуть», – откуда-то издалека ответил голос в ее голове.

«Наверно, я все-таки сильно достала его сегодня», – успела подумать она перед тем, как совсем отключиться.

Глава 4. Синий сад и белая кожа

Ее сумка со всеми вещами осталась в селиплане. Это была первая мысль, с которой Пат проснулась – очень дельная мысль.

Сумка, а в ней – прекрасный многофункциональный фонарик с запасом на три тысячи часов. Не говоря уже о зубной щетке и смене белья.

Эх, будь с ней вчера этот фонарик, она не стала бы хватать за руки совершенного чужого ей чело… ну то есть илянина, в каком бы возрасте он ни был. Ну, по крайней мере после того, как он вернул ей обычное зрение. Ей стало стыдно.

Дора Кетлерена, разумеется, рядом не было.