Хомотрофы

Даже не успеваю спросить о жалованье.

Когда я вернулся домой, еще в прихожей услышал голоса, доносящиеся из спальни. Стараясь не скрипеть досками, я прошел по коридору, остановился у двери и прислушался. Кроме Андриана в комнате находились еще двое мужчин.

– Не верю! – услышал я высокий голос. – Никто – ни ты, Андрияшка, ни Вася, ни кто другой, – понимаете? – меня никто не убедит. Стал-быть, ребята, тут ошибка. Может быть, он бабкин родственник. Ты настаиваешь на том, что он сам пришел в город. Он что, псих ненормальный? Послушайте, нас-то заманили неправдой.

Я сам почти всю родню в эту яму перетянул. Приведи друга – тебя отпустят! Хе-хе! Теперь нашу лачугу все зовут бараком Петровых, нас там одиннадцатеро на сорока шести метрах живет. Что, Вася?

– Одиннадцатеро, – подтвердил другой голос.

– Вот как, стал-быть, получается! – продолжал первый. Он говорил очень быстро. – Вот как! И куда его причислит руководство? К шатунам? Или он сам по себе будет? Почему он здесь, в этой грязи поселился? Говорю вам: это какая-то ошибка.

Он тут случайно. Никакой это не избавитель. Да и вообще не верю я в эти сказки.

Пауза. Через минуту тот же голос продолжил.

– Наверняка он законченный идиот. Ведь сразу все понятно становится, стоит несколько часов тут побыть. Видал я не раз этих случайных залетных пташек. Все упорхнули вовремя.

Я вошел в комнату. Оставалось только сделать вид, что я ничего не слышал, потому что одно дело, когда величаешь идиотом самого себя, и совсем другое – когда нелестную оценку дают окружающие.

Рядом с кроватью Андриана были поставлены два стула, на них расположились гости. Один худой, с всклокоченными волосами и маленьким обезьяним лицом. Другой тучный и невыразительный.

Увидев меня, они на миг стушевались, но худой тут же вскочил и вежливо протянул руку:

– Николай Петров!

Он галантно отступил на шаг. Я тоже представился.

– Откуда прибыли? – спросил тучный.

– Из Москвы. Прекрасная у вас природа, мне нравится. А водится ли рыба в озере? – Я попытался прикинуться рубахой-парнем, но судя по тому, как переглянулись гости Андриана, сморозил глупость.

Хотя они и до этого считали меня идиотом.

– Рыба? – быстро прошептал Николай. – Может, она и водится. Но ловить ее нельзя.

– Запрет на ловлю? – спросил я. – Сезонный или постоянный?

– Никто не станет ничего ловить в этом озере. Даже сумасшедший. У нас тут рыбаков нет.

Его тонкие губы были окружены проступающим под кожей мышечным кольцом.