Дороги Богов

 – Но я всё равно не понимаю, к чему это отступление.

Заро к тому времени стал настолько материален, что Балмар мог рассматривать сложные узоры на его накидке.

– Мы знаем, – продолжал ученый, – что вместе с Захватчиком Харт приютил нарушителя закона, кашатера-хомуна Расина. Этот хомун не прошёл и половины пути становления, а то, что он побывал за пределами вселенной – только лишь случайность.

– И что? – в глазах Хи уже поблескивало понимание.

– А то, что пробудившиеся равновесные силы указывают именно на этого хомуна.

Кашатеру Расину придется расстаться с силами, которые в нём недостаточно ещё закрепились, и Харт его бесспорно вышвырнет, если уже не вышвырнул. Излучатели начеку. И вам, преподобный, а также вам, господин Балмар, выпадет счастливая возможность с ним поквитаться.

Глава 5

Вадим открыл глаза.

Самая омерзительная на свете рожа нависала над ним. Громадная челюсть, мясистый нос, маленькие, глубоко посаженные глаза. Черные засаленные волосы облепили щеки.

Рот с опущенными углами был приоткрыт, а внутри зияла гнилая пустота.

Обладатель рожи был угловатым громилой, белый медицинский халат смотрелся на нём нелепо.

«Кого напоминает?» – подумал Вадим, ещё витая где-то между сном и реальностью.

В одной руке чудовище держало стеклянный флакон, в другой кусок ваты, резко пахнувший нашатырём.

– Какая приятная новость! – радостно воскликнул громила. – Вадим Борисович! Неужели вы осчастливили нас своим возвращением?!

Тут же раздались шаги, из-за широкого плеча громилы показался седой мужчина, тоже в белом халате.

– Исчезни, Эдик.

– Как прикажете, Петр Сергеич. – Громила встал и, подобострастно поклонившись, удалился. Перед самым выходом он бросил быстрый, многозначительный взгляд на Вадима.

Седой присел на край кровати, согнулся, внимательно посмотрел Вадиму в глаза.

– Поздравляю, – сказал тихо. – Просто чудо какое-то. Я уж думал… вы не выкарабкаетесь.

Он криво улыбнулся.

На правой скуле у него красовался свежий шрам.

– Говорить можете?

«Пошёл к чёрту», – хотел сказать Вадим, но губы слиплись.

– Да, вид у вас не ахти, – заметил седой с притворным сочувствием.

Он достал из нагрудного халата небольшой серебристый диск.

– А вот и Нобелевская премия, – сказал седой. – Тут синдром Расина. Кое-что я из вас все-таки вытянул. Тут результаты электроэнцефалограммы и тестов, которые мы с вами успели пройти.