Волшебниками не рождаются, или Вуду для «чайников»

Дверь подъезда запиралась на замок, и пока Лайма открывала ее специальным плоским ключом, к дому подъехала машина «Скорой помощи», и из распахнувшейся дверки вывалился на асфальт тощенький низкорослый дядька в халате такой невероятной белизны, что резало глаза. В руке он держал потертый чемоданчик.

– Не закрывайте, девушка! – крикнул он Лайме и ловко протиснулся мимо нее внутрь. Взбежал по ступенькам к лифту и громко воскликнул: – Ах, черт, не работает!

– А вы в какую квартиру? – почуяв неладное, спросила она.

Доктор уже схватился рукой за перила, поднял голову и цокал языком, предвкушая пешее восхождение. На вопрос Лаймы он ответил с такой обреченностью в голосе, как будто в конце пути ему предстояло сразиться с драконом:

– В пятнадцатую.

– Ой, я тоже туда! – воскликнула Лайма. – А что там случилось?! Ну, говорите же!

– Не орите на меня, – обиделся доктор, перешагнув сразу через две ступеньки и сердито обернувшись назад. – Я не понял, что там случилось – не то сердечный приступ, не то инсульт.

– А кто звонил? – Лайма побежала вслед за врачом, в прямом смысле слова наступая ему на пятки. – Это с мужчиной плохо?

– С мужчиной, – подтвердил тот, замедляя шаг.

У бедолаги была одышка, и Лайма, не церемонясь, оттерла его плечом и поскакала вверх, подгоняемая тревогой. Неужели Корнеев досиделся в Сети до мозгового удара? Она заранее наставила ключ, чтобы с первого захода попасть им в замочную скважину. Однако никаких манипуляций не потребовалось, потому что дверь оказалась не просто открытой, а распахнутой настежь, и внутри квартиры, в коридоре, стояла хорошенькая пергидрольная девушка с умоляюще сложенными руками.

– Что случилось? – спросила Лайма, остановившись напротив нее.

– Н-не знаю! – испуганно ответила девушка хрупким голоском. – А вы из «неотложки»?

– Да, дорогая, – неожиданно загустевшим тенором ответил вместо Лаймы подоспевший доктор. Его невеликая фигура неожиданно приобрела некую значительность, и он как будто даже сделался выше ростом.

– Ведите меня, голубушка. Как вас зовут?

– Катя, – пискнула та и, уверившись в том, что с нее сняли ответственность за происходящее, громко всхлипнула. – Он… Он не двигается, доктор!

– Ничего, ничего, сейчас зашевелится.

Друг за другом они потянулись в глубь квартиры, Лайма, не медля, последовала за ними.