Теорема счастья, или Сумасшедший домик в деревне

А пока сварил кофе, вытащил на стол всякую всячину и велел ей хорошенько жевать. Она жевала и так при этом жмурилась, что Никифорову тоже все показалось ужасно аппетитным – и душистый сыр, и нежная колбаса, и сочная белая рыба, и остальная снедь, которую одному есть было не так вкусно.

– А вы кто? – спросила Полина, наливая себе после второй кружки кофе горячего чайку.

– Математик, доктор наук.

– Да-а? – искренне изумилась та. – Значит, у вас жена богатая?

Утром в шкафу она обнаружила женский халат и шлепанцы с итальянской нашлепкой на пятке.

– Я сам неплохо зарабатываю, – усмехнулся Никифоров, не уточнив при этом, женат он или нет.

Однако через несколько минут Полине представился случай это выяснить. Она спросила, нельзя ли воспользоваться его расческой, и он ответил:

– Возьмите вон в том ящике.

Сам же вытащил из пачки сигарету и вышел на веранду. Полина выдвинула ящик и увидела рядом с расческой паспорт. Сначала она полюбовалась на его смешную фотографию – белая рубашка, галстук, кривая ухмылка.

Полина кое-как расчесала волосы и тоже выскочила на улицу. Никифоров развалился в плетеном кресле и курил, так жадно затягиваясь, словно дым был необходим ему больше, чем воздух.

– Вы когда-нибудь имели дело с аномальными явлениями? – спросила она его.

– Конечно, нет!

– И не участвовали ни в каких расследованиях?

– Тем более нет.

– Тогда почему вы так самоуверенны? – не отставала она. – Вы заявили, что раскроете тайну привидения.

– Раз заявил, значит, раскрою, – не глядя на нее, ответил Никифоров. – Все в этом мире поддается объяснению. Главное – знать, куда позвонить.

– Что вы имеете в виду? – изумилась Полина.

– Я имею в виду, что мне необходимо сделать один телефонный звонок.

– Для чего?

– Для того, чтобы разоблачить привидение! – нетерпеливо пояснил он и поднялся. – Сидите здесь. Никуда не уходите и не лезьте под солнце, ради всего святого. Смотреть на вас больно.

Он ушел в дом и появился только минут через сорок с невероятно довольной физиономией.

– Осталось договориться с охранником, и можно приступать к разоблачению, – заявил он важно.

– Ка-ак? – опешила Полина.