Умри красивой, или Салон медвежьих услуг

Последняя составляющая триады, Женя Прохорова, их бухгалтер, задержала руки над клавиатурой компьютера и рывком развернула вертящийся стул:

– Опять у тебя неприятности?

– Не у меня, а у нас неприятности, – мрачно сообщила Саша.

В их сплоченном коллективе она ведала рекламой и внешними контактами. Официально ее должность называлась менеджер по рекламе, но, в сущности, это была проформа. Можно назваться хоть генералиссимусом. Главное, чтобы дело делалось.

– Вчера кто-нибудь из вас смотрел телевизор? Нет? Я уже вижу, что нет.

– Ну а как же! – отозвалась Анна. – Мой самый лучший результат.

– Сейчас я тебя сражу наповал. Симочка была в трикотажном мини-платье.

– О нет… – простонала Женя.

– О да. И еще – она обесцветила волосы.

– Не может быть, – Анна раздраженно бросила на стол ручку, которую держала в руке. – А я-то возлагала на нее такие надежды! Думала, она останется в восторге от своего нового образа, станет нас всем рекомендовать, и клиенты в салон рекой потекут.

– Я провела расследование. – Саша выбралась из кресла и, заметив на столе сигареты, на ходу выхватила одну из пачки. Закурила и принялась расхаживать по кабинету, рассказывая и бурно жестикулируя. Вокруг нее, словно вокруг раскочегаренного паровоза, клубился дым.

– Нет, вы бы видели картину! Эти кривенькие козьи ножки, волосы, как у дешевой куклы. Жуть. Меня так заело, скажу я вам.

– Ну и докопалась? – не выдержала Женя. – В чем дело-то?

– В мужике, конечно. – В голосе Саши прозвучало смирение перед глупостью жизни. – Оказалось, что Иваницкая влюблена. И он ее моложе.

– Кто – он? – подала голос Анна.

– Боже мой, не знаю! Я вчера до ночи висела на телефоне, собирала сплетни. Когда Симочка, побывав в наших руках, явилась пред светлы очи объекта своего обожания, тот хмыкнул и обронил: «Боже, что это ты с собой сделала? Выглядишь гораздо старше и такая унылая.

– И этого оказалось достаточно, чтобы эта дура схватилась за перекись и надела мини? – не поверила Анна, все это время сидевшая с прямой спиной.

– Господи, ты как с луны свалилась. Когда пятидесятилетняя баба хочет захомутать молодого мужика, она тормоза заранее отключает. Наив ты мой.

Наиву, Анне Луговской, исполнилось тридцать четыре года.