Скажи боссу «нет», или Секретарша на батарейках

Марина готова была поклясться, что, несмотря на свой дикий вид, младший босс заставил юное сердце сестрички вздрогнуть и забиться сильнее. Девице, вероятно, только-только перевалило за двадцать. Она привлекала внимание невинным треугольным личиком, обрамленным осветленными кудряшками, и ярко накрашенными губами. Как позже выяснилось, медсестру звали Катей. Она неотлучно находилась возле старухи, которая заявила всем, что непременно скоро умрет, и бросила все силы на то, чтобы отсрочить свой конец.

Дима встретился с медсестрой глазами и подумал, что если она находилась в доме в момент смерти Ивана Леопольдовича, то ее тоже нужно внести в список подозреваемых. Мало ли что? Может, покойный щипал ее за мягкое место, ей это надоело, и она избавилась от него, когда подвернулся удобный случай. Анисья Петровна сказала, что дверь в ванную не была закрыта изнутри. В семье никто никогда не запирался, когда шел купаться, – просто вешал снаружи на ручку полотенце.

– Простите, но при чем здесь колбаса? – недоуменно спросил Валерий Леопольдович и снял очки.

Без них он выглядел растерянным и каким-то жалким.

– Она сказала, – обескуражено развел руками Дима, – что мне следует опасаться продуктового изобилия. «Я вижу смерть и колбасу!» – процитировал он замогильным голосом и поводил растопыренной пятерней в воздухе.

– В этом нет ничего смешного, – раздался от двери хриплый низкий голос.

– Софья! – укоризненно воскликнули одновременно Аркадий и Роман.

На пороге гостиной стояла маленькая тощенькая женщина примерно сорока лет. Непонятно, как она могла схватить высокого и сильного Диму за горло и прижимать его к стене. Скорее всего, она просто его здорово напугала. Впрочем, Марина тоже испугалась бы: у Софьи были длинные черные волосы, расчесанные на прямой пробор, и по-восточному узкие темные глаза.

– Этот человек не должен находиться в нашем доме, – резко заявила она и ткнула пальцем в направлении Димы. Палец оказался костлявым, с кроваво-красным ногтем. Вероятно, он играл в провидческой деятельности Софьи определенную роль. – Он умрет, и у всех нас будут неприятности.

– Что это вы на меня накинулись? – немедленно возмутился Дима.