Рукопашная с Мендельсоном

А затем, надев умопомрачительный свадебный наряд, купленный – ни больше ни меньше! – в Лондоне, она сядет в лимузин и – вперед, навстречу супружеской жизни и новым небывалым ощущениям.

До вожделенного душа Лайма не дошла – зазвонил телефон. Три звонка подряд – рекорд для семи утра. Первой была тетя Люда, едва ли не единственная и самая близкая ее родственница. Она и бабушка Роза составляли на сегодняшний день все семейство Лаймы.

– Дорогая, ты как себя чувствуешь? Волнуешься? Нервничаешь?

– Нет, – пробурчала Лайма, – я не нервничаю.

– Перед каким алтарем? Вы разве еще и венчаетесь? Где? И почему я не знаю? – заволновалась тетя Люда, которая не любила, когда что-то проходило без ее участия.

– Это просто так говорится. Мы только расписываемся. Целую, конец связи, а то я ничего не успею, даже почистить зубы. Жених будет приятно удивлен.

– Тебе надо помочь?

– Почистить зубы? Нет, думаю справиться сама.

– Не дерзи тетке! Я серьезно.

– Да что ты, спасибо. Тут сейчас столько помощников понаедет – только успевай дверь открывать. Вера скоро явится, ей по должности положено мне помогать, она же рвалась стать подружкой невесты, так что пусть теперь мучается вместе со мной. Все, до встречи на мраморной лестнице.

– На какой еще лестнице? – снова взволновалась тетя Люда.

– Ну, такой, огромной, по которой мы будем подниматься к счастливой жизни. Мне кажется, во всех Дворцах бракосочетаний есть такие лестницы.

– А бабушка сможет подняться по этой лестнице? В ее годы это тяжкий труд, – опять всполошилась тетка.

– Ничего, втащим на руках. Андрей, знаешь ли, здоровый, да и бабушке будет приятно – сколько десятилетий ее на руках не носили?

– Хватит болтать всякую ерунду – рассердилась тетя Люда. – Проснись наконец, ты же сегодня выходишь замуж.

– Это-то я помню, – вздохнула Лайма.

Тут же раздался следующий звонок – Андрей интересовался самочувствием и боеготовностью невесты.

– Ты мог еще целый час спать, – заметила невеста. – Волнуешься, что опоздаю?

– Твое опоздание на минуту – минус десять лег моей жизни, – скорбно вздохнул Травин. – Останешься вдовой раньше времени.

– Не забудь – богатой вдовой, – фыркнула Лайма. – Слушай, я не могу в душ попасть: сначала тетка, теперь ты.

– Ну, прости-прости. Я должен был услышать твой голос. Чтобы удостовериться, что все идет по плану.