Милая неженка

– Я и не собиралась, – дернула плечом Женька. – Так о чем ты хочешь меня попросить?

– Помнишь, ты рассказывала мне про одного своего знакомого, которого зовут не то Бобик, не то Тобик…

– Тузик! – засмеялась Евгения. – А в миру – Валерий Тузов.

Она и впрямь как-то раз говорила Нике про парня, который называл себя консультантом-стилистом, но на самом деле делал деньги на «гламурном секонд-хенде». Как известно, богатые люди, особенно принадлежащие к тусовке, не слишком любят дважды выходить в свет в одном и том же наряде.

Тузик с удовольствием помогал им избавляться от «барахла из прошлогодних коллекций», скупая шикарные вещи по бросовым ценам, а потом успешно перепродавал их менее избалованной части населения. Евгения пару раз пользовалась его услугами и всегда оставалась очень довольна.

– Значит, ты тоже решила прибарахлиться у Тузика? – догадалась Женька. – Намереваешься блеснуть на завтрашней вечеринке?

– Не уверена, что мне удастся блеснуть, однако выглядеть хотелось бы прилично.

Но ты же знаешь, что в моем гардеробе самое шикарное – это бабушкино крепдешиновое платье.

– Нет, крепдешиновое платье нам не нужно. Зачем нам крепдешиновое платье? – с уморительной серьезностью ответила Женька и тут же решительно добавила: – Едем к Тузику! Денег тебе занять?

Ника отрицательно покачала головой и рассказала подруге о неожиданно свалившемся на нее «стоковом» богатстве.

– Можно сказать, фортуна подмигнула тебе левым глазом: и деньги появились, и мужик косяком пошел.

– А почему левым-то?

– Потому что еще неизвестно, чем все это кончится, – не слишком оптимистично пробурчала Евгения. Однако Нике вовсе не хотелось обсуждать сейчас эту тему, и она снова перевела разговор на Тузика.

Знакомый Евгении не подвел, и на банкет Ника явилась в потрясающем бирюзовом платье, очень открытом и очень элегантном. В руках она теребила крохотную сумочку-клатч, которую расторопный Тузик всучил ей в качестве приложения к изящным босоножкам на высоченной шпильке.

Иван намеревался заехать за Никой домой, но Женька пресекла его порыв на корню и сама доставила ее на праздник. Подруга вела себя, как строгая дуэнья, которая в ответе за то, чтобы ветреная красотка не наделала глупостей. Нику ее бдительность смешила и сердила одновременно, но по опыту зная, что спорить с Евгенией – себе дороже, она и в этот раз решила уступить.