Милая неженка

 – Я ее ищу-ищу, а она в баре прохлаждается.

Женька бесцеремонно хлопнула подругу по плечу и слегка пошатнулась, из чего Ника сделала вывод, что та уже малость под мухой. Потом, прищурив один глаз, Евгения посмотрела на Ивана и громко спросила:

– Вы что, уже успели задружиться?

– А чего тянуть? – весело откликнулся Иван. – Как раз собирались выпить за это дело. Будешь с нами?

– Ща подумаю, – сказала Евгения и действительно задумалась на целую минуту. Иван, заговорщически подмигнув Нике, терпеливо ждал ее ответа.

– Нет, пить не буду, – вынесла наконец свой вердикт Женька. – Не за этим я сюда шла. Слушай, подруга, – повернулась она к Нике, – ты еще не забыла, за что ты у нас ответственная? Сейчас будет большая стоянка, так что приготовься сгружаться на берег. Народ станет в мячик играть, бегать-прыгать, в общем – резвиться. Надо будет их запечатлеть, чтобы никто не думал потом, будто мы тут только и делали, что бухали.

Закончив свою речь, она перевела взгляд на Ивана, немного его поразглядывала и снова обратилась к Нике.

– Кстати, хочу тебя предупредить. Вот этот Иван-царевич, – ткнула она большим пальцем себе за спину, – только кажется прекрасным. На самом деле он серый волк, который пожирает глупых девушек и коллекционирует их красные шапочки.

– Какая потрясающая метафора, – со смехом воскликнул Иван. – В тебе, Евгения, пропадает талант писателя. Надо будет познакомить тебя с моим другом Метлицким.

– Ты мне зубы-то не заговаривай, – фыркнула Евгения, взяла Нику за руку и потянула ее за собой. – Пошли, подруга, нас ждут великие дела.

Ника смущенно взглянула на Ивана, улыбнулась ему извиняющейся улыбкой, сказала «Пока!» и покорно последовала за Евгенией. Она никак не могла решить, радоваться ей тому, что случилось, или огорчаться. Тот дурман, в который она погрузилась под действием Ивановых чар, слегка рассеялся, и Ника подумала, что Женька, видимо, подоспела как раз вовремя.

«Наверное, со стороны я выглядела полной дурой. Что бы сказала бабушка, если бы увидела меня в тот момент рядом с Иваном? «Фу, Вероника, – сказала бы она, – где твоя гордость? Ты была похожа на виляющую хвостом собачку, которую поманили конфеткой». И она была бы совершенно права, потому что я действительно потеряла над собой контроль».