Копия миллионера. Хедхантер без головы

Она выскочила из фургона и, крикнув благородным газовщикам: «Спасибо!», подбежала к серому автомобилю. Забарабанив в тонированное стекло со стороны водителя, она заорала не своим голосом:

– Откройте! Слышите, откройте немедленно! Сюда уже едет ОМОН!

Стекло поползло вниз, и перед Дашей предстало удивленное лицо упитанной пампушки лет сорока. А с заднего сиденья на нее с испугом таращились две щекастые девочки-близняшки.

– Э-э-э, – заблеяла Даша. – А где Костя?

– Дура ненормальная! – крикнула пампушка.

– Можно я только спрошу? – умоляюще запричитала Даша и вцепилась в ручку дверцы. – На вашей машине увезли одного человека. Может быть, его выбросили по дороге или перегрузили в другую машину. Вы никого не видели? В смысле – вы не знаете, кто это мог быть?

– У меня есть травматический пистолет! – Водительница побагровела и даже оскалилась. – Меня судить не будут, это самооборона!

– Да погодите вы со своей самообороной! – закричала в ответ Даша, неожиданно ощутив себя марафонцем, у которого открылось второе дыхание.

Тетка захлопнула рот так, что клацнули зубы, и заморгала глазами. Сзади зло и настойчиво сигналили водители, которым мешала серая машина, раскорячившаяся посреди дороги.

– Не понимаю, что вы хотите? – вдруг совершенно нормальным голосом спросила пампушка.

– Вы полчаса назад никому не давали порулить? Поверьте, я не просто так спрашиваю!

– Мы с девочками уже два часа сидим в машине, пробираемся по пробкам. Вас устраивает такой ответ?

– Да, – тяжело вздохнула Даша. – Наверное, я ошиблась. Извините.

И она понуро пошла к своему «Мосгазу». Бывший бандит Антон уже вышел из машины, собираясь прийти к ней на помощь. Но поскольку таковая не потребовалась, он в нерешительности топтался на мостовой.

– Ребята, простите, – грустно сказала Даша, подходя к желтому фургону. – То ли я что-то перепутала, то ли они оказались хитрее.

– А мне понравилось, – признался Серега. – Очень захватывает, как в кино. Главное – выступать за справедливость. Правда, Антош?

– Конечно, – согласился напарник. – Что делать-то теперь будем?

Но Даша и сама не знала, что делать. В таких случаях выход мог быть только один. И она горько заплакала.