Копия миллионера. Хедхантер без головы

– И который по счету развод вас интересует? – промурлыкала трубка.

Мерзкая Куклина на этот счет никаких инструкций не дала, но Даша не растерялась.

– Видите ли, ваша жизнь – это пример для многих молодых женщин. Так зачем же мы будем ограничиваться какими-то временными рамками. Расскажете о том, что дает вам силы снова и снова любить и творить.

Цель была достигнута, первый свой бой Даша выиграла с большим преимуществом.

Элеонора ее похвалила, Куклина сдержанно бросила: «Давно бы так, молодец». О реакции Жергиной Даше никто ничего не сказал, но жалоб от нее не поступало, что уже было неплохо.

И она почувствовала – дело пошло.

* * *

Постепенно Даша перезнакомилась практически со всеми сотрудниками компании. Элеонора Кисловская уже сумела по достоинству оценить Дашину волю к победе и конструктивное коварство, которое молодая сотрудница пускала в ход в особо тяжелых случаях. С девчонками из отдела Даша приятельствовала, а встречаясь с Ядриковым, уже не смущалась, а слегка кокетничала.

Единственным человеком, вызывавшим у Даши отрицательные чувства, оставалась Оксана. Впрочем, после того памятного скандала им больше не доводилось конфликтовать. Более того, Даша очень часто выручала ее редакторов, стоявших порой перед почти неразрешимыми задачками. Жергина знала об этом, однако, встречая Дашу в коридоре, не здоровалась, демонстративно отворачиваясь в сторону. Даша, со своей стороны, старалась избегать даже рабочих контактов с «лицом канала».

Иногда Оксана вдруг решала взбрыкнуть, напомнить, кто в доме хозяин. Она трезвонила Элеоноре, безосновательно жаловалась на Дашу, требовала санкций. Впечатлительная Элеонора бежала к Ядрикову, и тот ловко прекращал конфликт. Неизвестно, как он успокаивал звезду, но Даше обычно говорил:

– Ты – охотник за головами. В твоем вигваме сушатся десятки вполне достойных скальпов. Поэтому работай спокойно, не обращай внимания на всякие мелочи.

В этот момент он действительно напоминал вожака стаи. Девушка была очень благодарна ему за покровительство и откровенно любовалась этим телевизионным Акелой.

Даше безумно нравилась ее новая работа. «Телевидение – это мое призвание», – говорила она маме Тоне, приходя с работы и без сил валясь на диван.