Навсегда

Они вместе шли в ванную, на кухню, и вновь находили оригинальные возможности любить друг друга.

В этот вечер они мало разговаривали. Изможденные от любви и страсти, Паша и Лена заснули в объятиях глубоко за полночь. Было бы здорово, если бы в эту ночь им приснился один и тот же сон. Но ни Паша, ни Лена не помнили своих сновидений. Возможно, им снился райский сад, кругом тепло, фрукты и лето…

Паша проснулся первым. Лена лежала на его плече. Паша аккуратно освободился от объятий любимой женщины. Лег рядом и со стороны рассматривал свою мечту.

– Привет, – хлопая большими ресницами, сказала она.

– Привет, – ответил Паша.

– Давно проснулся? – Лена вновь прильнула к Пашиной груди.

– Недавно, – ответил Паша, – я смотрел на тебя. Ты самая красивая девушка на свете, особенно, когда спишь.

– Сомнительный комплимент, – рассмеялась Лена.

– Я не то имел ввиду, – в ответ рассмеялся Паша.

– Я поняла, что ты имел ввиду, – не соглашалась Лена.

Она схватила подушку, вскочила на ноги, явив Паше неприкрытую эротичность. Паша разинул рот, наслаждаясь прекрасным видом.

– Защищайся! – прокричала Лена.

На Пашу посыпался шквал подушечных оплеух. Он не защищался. Наоборот, Паша раскинул руки, подставляя Лене полную свободу действий, и писклявым голосом кричал:

– Помогите, кто может!

– Нет тебе пощады, покоритель женских сердец.

Подушка в руках Лены понималась и опускалась на Пашину грудь, ноги, на прикрывающие низ живота руки.

– Сдаюсь! – наигранно высоким голосом пропищал Паша.

– Ура! – Лена победно вскинула руки в верх, – отныне и во веки веков постановляю: Павел Иванович Несмеянов обязан при встрече смотреть мне в глаза, целовать меня в губы, и не только! Любить по многу раз. Приказ ясен?

– Ясен, моя госпожа, – кивнул Паша.

– И почему это мы не исполняем приказ? – картинно удивилась Лена.

Паша встал, обнял Лену, губы вновь нашли друг друга. Они снова любили. И это было прекрасно. Паша и Лена увлеклись, потеряли счет времени и чуть не забыли про работу. На завтрак совсем не осталось времени. Паша, на ходу завязывая галстук, выбежал из квартиры. Дождаться лифта не было никакой возможности. Стоять на месте, хоть какое-то непродолжительное время, не представлялось целесообразным.