Клубничное убийство

Разрешите представиться – Балязин, вице-президент холдинга.

– Помилуйте, – опешил тот, ощутив слабость в коленках. – Вице-президент – это я.

– Не может быть, – засмеялся Пеструхин. – У вас, верно, галлюцинации.

Он подал ошалевшему вице-президенту его собственную визитную карточку и, похлопав по плечу, отправился дальше. «Какие странные видения, – подумал Балязин. – И нет в них ничего особо прекрасного. Убью этих гадов-рекламщиков». На всякий случай он подошел к пожилой паре, с которой самозванец общался до него, и поинтересовался, с кем они имели честь разговаривать.

– Это инженер Мухин, – ответили ему. – Очень приятный человек, он рассказал нам бородатый анекдот, но в такой исключительной интерпретации!

«Господи, кто такой Мухин? – с ужасом думал бедняга, ощупывая голову, украшенную шишкой. – Почему, когда подходит один человек, мне кажется, что это кто-то совершенно другой?! Невероятно». Повинуясь порыву, он позвонил «ноль три», продиктовал адрес и сообщил, имея в виду себя, что на вечеринке одному человеку стало очень плохо.

Как ребенок, который расчесывает до крови болезненный прыщик, Балязин продолжал следовать за своим кошмаром, и чем дальше, тем сильнее холодело его сердце. «Я отравился навсегда, – думал он. – Это не галлюцинации, это белая горячка».

Пеструхин между тем находился примерно в том же состоянии. В ужасе от того, что не помнит своего имени, адреса и всего остального, что так важно для всякого человека в здравом уме, он присел за маленький столик, на который официанты складывали чистые тарелки и ножи, и замер, истово копаясь в черных глубинах памяти.

Вице-президент последовал за ним, подтащил поближе колченогий стул и уселся напротив. Пеструхин поглядел на него умильными глазами, достал из кармана визитку, бросил на нее короткий взгляд, затем протянул через стол руку и сказал:

– Разрешите представиться. Марина Николаевна Лихачева, начальник отдела сбыта.

– Очень приятно, Марина Николаевна, – ответил Балязин, замирая от ужаса.

– Прекрасно, прекрасно. Я тут, видите ли, отдыхаю в уголке.

Официант, притащивший очередную стопку чистых тарелок, поставил ее на стол и, закатив глаза, шепнул своему напарнику:

– Эти корпоративные вечеринки – просто жуть малиновая. Напьются, накурятся всякой дряни, надышатся, нажуются… Я бы на месте нашего шеф-повара не особенно парился. По-моему, они все равно не понимают, что едят.