Клубничное убийство

Им указывали лишь сектор, а дальше следовало проявлять инициативу.

Три молодые дамы, оказавшиеся на пути Клебовникова, обратили на него самое пристальное внимание. Они по очереди осмотрели потенциальную жертву с ног до головы, захихикали, склонив головы друг к дружке, и одна из них – с гривой черных кудрей и жгучими очами – отпустила ему в спину какое-то замечание. Клебовников обернулся и ответил. Он улыбался. Как обычно – одними губами. Брюнетка что-то забросила в рот и запила это что-то шампанским. После чего захохотала, закинув голову назад, поскольку ее подружка, яркая блондинка в пышном платье с цветком на груди, подошла к Клебовникову и пощекотала его длинным ногтем под подбородком.

Клебовников спустил ей это. Кажется, ему понравилось. Потом он исчез среди вешалок, а дамы продолжали прихорашиваться.

– Люся, как вы расслабляетесь на вечеринках? – спросил Свиноедов, не сводя глаз с брюнетки. – Травка? Таблетки? Случайный секс?

– Я просто напиваюсь, – пискнула та. Хотя сроду не употребляла ничего, крепче рябиновой настойки.

 – Но сегодня мне нельзя. Я могу понадобиться Алле Антоновне.

Она потрясла перед собой пакетом, в котором лежал календарь, показывая, что все еще при деле.

– Алла Антоновна должна была позволить вам оторваться по полной программе. Вы заслужили, – сказал Свиноедов, повернулся к Люсе и неожиданно посмотрел ей прямо в лицо.

Его глаза смеялись. Люся поняла, что он подтрунивает над ней, и покраснела. Никто не принимает ее всерьез. Даже если она совершит настоящий подвиг, ее будут нахваливать, как ребенка, прочитавшего стих с табуретки.

Нужно было что-то сказать, но что? Пришлось призвать на помощь книжный опыт.

– Я бы выпила шампанского, – выдавила она из себя. Что-то в этом духе обычно произносили героини романов, обращаясь к своим кавалерам на балах.

Впрочем, Свиноедов не был ее кавалером. Это был совершенно чужой, почти незнакомый мужчина, случайно оказавшийся рядом. И очень даже жалко, потому что, несмотря на многочисленные заклепки на теле и бесчисленные сплетни, которые окружали Свиноедова, Люсе он, несомненно, нравился.

В полумраке зала его кожа выглядела темной, глаза блестели, скрывая неведомые Люсе мысли, возможно порочные. Серебряная бусина на крыле носа казалась каплей ртути, остановившейся на полпути.

– Шампанского? Нет вопросов, сейчас принесу, – сказал он покорно, нырнул в толпу и исчез.

Люся тотчас почувствовала себя обломком кораблекрушения.