Клубничное убийство

Люся на всякий случай робко улыбнулась, а Клебовников невозмутимо ответил:

– Полагаю, туда же, куда и ты.

– А я куда? – не унимался Свиноедов. – И главное – зачем? Что мне делать среди людей, которые немедленно напьются – простите мою смешную аналогию – как свиньи и учинят какое-нибудь безобразие?! Вероятно, я сошел с ума.

– По-моему, с тобой все в порядке, – заметил Клебовников, проталкивая Люсю вперед. – Впрочем, не знаю. На сегодняшних переговорах ты выглядел странно. А бедную журналистку чуть не просверлил взглядом.

– Я просто пытался понять – то ли это она меня так сильно возбуждает, то ли я купил себе тесные трусы.

Клебовников засмеялся. Он всегда смеялся над шуточками Свиноедова, хотя Люся считала, что тот больше смахивает на трагика, чем на комика.

– Возьмите меня с собой, – потребовал между тем арт-директор не терпящим возражений тоном. – Уверен, я вам зачем-нибудь пригожусь.

– В смысле – если спустит колесо, сам справишься с домкратом?

– По крайней мере, помогу советом.

Он сходил за своим пальто, и все трое спустились по лестнице на первый этаж, очутившись через минуту на улице. Клебовников немедленно застегнул дубленку, потому что ветер уже обшарил его ледяными руками и попытался утащить шарф. Потом он незаметно огляделся по сторонам, отыскивая типа в сером полушубке. Тип стоял все там же, возле киоска, и от холода притопывал ногами. Клебовников быстро отодвинулся от своих спутников. Если в него выстрелят, они не должны оказаться на линии огня.

Люся не знала, о чем говорить со Свиноедовым, который стоял молча, засунув руки в карманы длинного пальто. Тогда она стала смотреть по сторонам, тихо радуясь наступившей зиме. Продолговатые леденцы фонарей застряли в небесном сите, через которое сыпалась вниз тонко смолотая мука. Автобусы шли медленно, увозя отяжелевших от усталости людей. Отваливаясь от остановок, они басисто вздыхали. Их глушители кашляли, оставляя в воздухе мохеровые клубки выхлопного газа.

– Люся, у вас есть ухажер? – неожиданно спросил Свиноедов, не поворачивая головы. Его густые кудри летели по ветру, напоминая щупальца горгоны Медузы. – Кавалер, кадр, жених, любовник?

Люся вздрогнула и посмотрела на него со священным ужасом.

– Кто-нибудь, кто может подарить вам варежки? Вы постоянно ходите с голыми руками.

– У меня есть, – жидким голосом ответила она. – Перчатки.