Клубничное убийство

На Люсю же он смотрел, как на что-то совершенно неинтересное, и от этого становилось как-то не по себе. Помимо жизненных принципов, сформировавших ее личность, в Люсиной душе присутствовало и женское начало, которому хотелось всех тех глупостей, которые мужчины совершают ради женщин. Но…

Возвращаясь в приемную, она замедлила шаг возле кабинета ответственного секретаря, припомнив подслушанный недавно телефонный разговор. По правде сказать, разговор был более чем любопытный. И, ясное дело, тайный. Для чужих ушей он точно не предназначался.

Интересно, о какой фотографии шла речь? Яковкин сказал: «Эта баба принесет нам бабки». Какая баба? И каким образом она может озолотить ответственного секретаря?

Люся решила вечером, оставшись в одиночестве, просмотреть свежий номер страница за страницей. Возможно, тогда она о чем-то догадается? Прямо сейчас нужно положить журнал в сумку, чтобы не забыть.

Однако это не удалось. Возвратившись в приемную, она сразу же наткнулась на директора по рекламе Клару Шурьянову, длинную и тощую даму, которая беспрестанно курила и щурила один глаз.

– Носишься? – спросила Клара, поигрывая зажигалкой. – Если бы не я, сокровища уже давно бы разграбили. – Она кивнула на стопки журналов у стены и потребовала: – Достань один и покажи, хорошо ли я вышла. Всю ночь только об этом и думала. Когда фотографировалась, Милованов заставил меня задрать подол. Они с ассистенткой нарисовали на моей ляжке маленький ананас. Пообещали, что это будет выглядеть соблазнительно.

Боюсь, наврали.

Клара разговаривала басом, никого не стеснялась и легко употребляла ненормативную лексику. Она выросла с тремя братьями, отлично плавала, увлекалась подледным ловом и умела стрелять из ружья. Мужчины опасались ее, так как Клара была невосприимчива к лести и обидно хохотала, когда ей делали комплименты.

– Жуть, – сказала она, пролистав журнал, который Люся достала из открытой пачки. – Ты это видела?

– По-моему, очень красиво, – тихо сказала Люся. – Такие платья…

– При чем здесь платья? Ты на рожи, на рожи посмотри.

Так нравиться самому себе – это просто разврат. Какое фантастическое самодовольство. Ты меня видела? С ананасом? – Она сунула секретарше в нос собственную фотографию. – Нет, я рождена не для этого.

– А для чего? – спросила Люся с боязливым любопытством.

– Не знаю, – пожала плечами Клара. – Возможно, для того, чтобы выкурить полторы тонны сигарет. Или возделать огород в Тверской области.