Если вы не влюблены!

 – Советую тебе сегодня на банкете тяпнуть водки.

– Я тоже сразу решил напиться, – оживился Вадик. – А потом вспомнил, что мне нужно будет еще бабушке позвонить. Бабушка сразу догадается, что я пьяный, расстроится, а расстраиваться ей никак нельзя. Ей уже столько лет, что в день рождения страшно открытки подписывать.

– Да уж, надо быть настоящей свиньей, чтобы расстраивать такую старую бабушку, – пробормотала Белинда.

Чтобы хоть как-то подбодрить своего незадачливого ухажера, она милостиво разрешила:

– На банкете можем сесть вместе.

Я стану пить, а ты будешь следить, чтобы я вела себя прилично и не полезла на стол танцевать пасодобль. На меня иногда находит, знаешь ли.

Услышав это предложение, Веленко как-то сразу ожил и даже заулыбался. «Господи, какой младенец, – с жалостью подумала новоиспеченная нянька. – Ему нужна мамочка, которая бы ему нос вытирала, а он туда же – в женихи метит». Там не менее от своей благородной миссии Белинда не отказалась и на банкет явилась под ручку с проштрафившимся осветителем.

Народу на банкете собралось видимо-невидимо: помимо антрепризы, в полном составе принять участие в мероприятии пожелали еще человек тридцать местных. Как шепнул на ухо Будкевичу один из помощников мэра, «вся местная элита, включая криминал». По счастью, последний себя в течение вечера никак не проявил – ни визуально, ни действием, поэтому Алик так и не разобрался, где чиновники, а где не чиновники.

Мэр города, Валентина Васильевна Романчикова, оказалась симпатичной дамой с красивой фигурой и улыбкой политика.

Ее слегка раскосые ореховые глаза были спокойны и внимательны. Со скидкой на хлопотную руководящую должность на вид ей можно было дать лет сорок семь. Одета мэрша была строго, но стильно.

– Посмотри, какая женщина, – шепотом сказал Таранов сидящему рядом с ним Рысакову. – А еще говорят – провинция… Просто какая-то Жаклин Кеннеди из Перегудова.

– Да, есть в ней что-то эдакое, – согласился тот. – И фигуристая такая. Я-то думал, здесь такие бабы должны водиться – во! – И он растопырил руки, словно пытаясь остановить мчащийся на него автобус.

 – А так, конечно… Выразительная. Глаза и все такое. Повезло городу, спокойно ведь могла быть Хавронья Никифоровна. Предлагаю за это выпить!

И Рысаков потянулся к стоящей перед ним бутылке.

– О чем это шепчутся наши звезды? Поделитесь с гостями! – громко воскликнул директор театра, в стенах которого редко случались пьянки подобного масштаба.