Банановое убийство. Клубничное убийство

– Зачем? Чтобы пустить на тушенку? – сердито спросил Костя, переложив папку из одной руки в другую и покрепче прижав к боку. Возможно, в ней важные документы или улики, кто знает.

В то, что девица не имеет отношения к слежке за Тоней, он сразу поверил. Не поверить было невозможно. Она смотрела на него обиженными глазами школьницы, которая, выпив первую в жизни рюмку, свалилась под елку и проспала Новый год.

– Вы обозвали меня сволочью, – припомнила девица. – И дышали в спину, как медведь.

Костя безнадежно махнул рукой, не желая извиняться.

– А что, может, сходим в бар? Знакомая не уступит тебя на один вечер? – небрежно спросила самая крупная из подруг, окинув преследователя оценивающим взглядом. Ее волосы были выкрашены в оглушительно рыжий цвет и уложены на шее крупными завитками.

– Порезвимся, – добавила вторая, нехорошо ухмыльнувшись. – У нас сегодня подходящее настроение.

– Нет уж, спасибо…

Костя внезапно ощутил себя Красной Шапочкой, которая связалась с пьяными матросами.

– Да ладно тебе, – обиделась рыжая. – Раз уж судьба нас свела, лучше не противиться.

– Все, пока, девочки, – ответил он, всерьез вознамерившись ретироваться.

Уже начал разворачиваться на каблуках, но рыжая неожиданно протянула руку и крепко схватила его за плечо. Он никогда не считал себя слабым мужчиной, но в этот момент понял, что тренировки в спортзале необходимо как можно быстрее возобновить. Впрочем, не драться же с ней, в самом-то деле? Ситуация была совершенно идиотской, а чтобы из нее достойно выкрутиться, у Кости не хватало находчивости.

– Ну, довольно! – рассердился он. – Отпусти мою рубашку, поняла? Я же тебя руками не хватал.

– Очень жалко, – сказала рыжая.

А больше ничего сказать не успела, потому что в этот момент на сцене появилось новое действующее лицо – Шура Измайлова, которую Тоня встретила возле метро и отправила на подмогу. Шура по-прежнему была в мужских штанах и ботинках, под низкой челкой угадывались свирепые глаза.

– Ну вот что, тетки, – сказала она, подходя вплотную к собранию, – этот парнишка занят, ясно?

– А никак нельзя поделиться? – спросила рыжая, неохотно разжимая пальцы.

Рубашка на плече у Кости оказалась скомканной. Он невольно попытался разгладить ее ладонью, но не успел – на то же самое место легла тяжелая длань его спасительницы.

– Поделиться можно табачком и лепешками, – отрезала Шура. – А это живой товар. Вы за один вечер выжмете его, как тюбик.