Будьте моей вдовой, или Закон сохранения вранья

Строчка была замарана, и над ней надписано: „Участвовать в строительстве новой России“.

Также в анкете попадались настоящие перлы типа:

«Ваш любимый напиток?» – «Водка».

«Ваш любимый фильм?» – «Золушка».

«Что вы делаете, чтобы снять стресс?» – «Разнашиваю тесные туфли».

«Подарок, о котором вы грезите?» – «Обручальное кольцо».

«Как вы относитесь к браку по расчету?» – «С восторгом».

«Считаете ли вы, что внешность влияет на ваши жизненные обстоятельства?» – «Это они влияют на мою внешность».

«Что вы больше всего ненавидите?» – «Обезжиренные продукты».

«Что кажется вам смешным в других женщинах?» – «Кружевное белье».

«Что вы готовы отстаивать с оружием в руках?» – «Шоколадный торт». – Криво зачеркнуто и переправлено на «Мир во всем мире».

– Ну? Что вы думаете? – спросил Дьяков, плюхаясь в кресло и принимаясь вертеться в нем, точно ему было горячо сидеть. – Рискнем?

– Рискнем, – согласился Каретников. – Не зря же мы затеяли все это! – Он мотнул подбородком на папку с анкетами, которую его помощник водрузил на край стола.

– А что конкурс? Конкурс пойдет своим чередом. Вы ведь его спонсировали.

– Да-да, ты последи за этим. Пусть не будет никаких эксцессов. Так где работает наша прекрасная принцесса? Как бишь ее?..

– Вероника, – подсказал Дьяков. – В художественном салоне «Бутоньерка», в одном из переулков неподалеку от ЦУМа. Там продают искусственные цветы из ткани для украшения одежды и интерьера. Вообще-то, судя по анкете, она имеет высшее образование.

– Думаю, это связано с заработной платой, – сказал умудренный жизненным опытом Каретников.

– Кроме того, – заметил Дьяков, – в художественном салоне в центре Москвы у девушки с прелестным лицом есть шанс встретить прекрасного принца. Если повезет, можно подцепить даже иностранца.

– Я должен выглядеть привлекательнее, чем иностранец! – предупредил Каретников.

– Нужно делать вид, что вы сходите с ума от любви, вот и все. Побольше томных взоров и пылких признаний. И не бойтесь говорить глупости!

– Я давно уже ничего не боюсь. Кстати, вот здесь, видишь, она честно отвечает, что у нее есть друг. Как быть с этим?

– Друг – это не фигура на шахматной доске, – заявил Дьяков. – Мы съедим его в два счета.