Моя любимая Шери

Они расстались быстро, обменявшись просто благодарными взглядами, потому что каждый был переполнен своими заботами.

В доме все пришло в движение: мыли, вытирали несчастную, я собирала еду, легкую для начала. Младшие потихоньку ссорились, – каждый хотел назвать собаку по-своему. Все делали тихо, на цыпочках, обмениваясь, вместо слов, сочувственными взглядами, как будто боялись громким словом погасить в покорно притихшей собаке остатки жизни. А как важны были эти хлопоты для семьи! Все объединились вокруг давно желанного существа и такого еще слабого и безразличного к нам.

А может быть, нам это только казалось? А собака уже откликнулась на добро и почувствовала в нас свое спасение. Дети с восхищением смотрели на старшего брата, на собаку и сияли от счастья. Давно уже семья наша не была на таком душевном подъеме.

Чудо! Просто чудо! К приближающемуся светлому празднику Рождества на Небесах услышали нас, поселив в нашей семье любовь и радость, когда мы больше всего нуждались в этом. Многое у нас может теперь измениться.

Я чувствовала это и готова была ради детей на любые испытания. Но вернемся к собаке.

Обессиленная от голода овчарка потянула носом, зарычала на всех и, увидев фантастическую еду из молока и печенья, припала к спасительной пище и вмиг выхлебала все. Здесь же, у чашки, сытая и в тепле, она уснула, вздрагивая во сне и ворча, должно быть, на свою нелегкую собачью жизнь.

И только мы понимали, что муки ее закончились, и она обрела уже заботливых хозяев и свой надежный дом.

– Я и сам есть хочу, мам, сто лет не ел, – обрадовал меня Женя.

И глядя на его счастливое, раскрасневшееся лицо, необыкновенный аппетит, я потихоньку заплакала:

– Не все так просто, сынок, у меня заныла душа, когда ты заскочил весь в инее, как будто был спрессован в холодном сугробе. Мне надо знать, что случилось…

– Да, все в порядке, все позади, ну, потом, когда-нибудь… А я завтра на рынок пойду, работают же там люди, и я попробую. А звать-то будем как нашу красавицу? – перевел он разговор.

И тут братец с сестрицей выложили целый список кличек дворняг.

– По экстерьеру вижу: породистая собака и красоты будет необыкновенной! И назвать мы должны ее необычно, чтобы сами гордились ей, а люди уважали. Будет Шери, – решил Евгений.

– Непонятно, но красиво, – согласились младшие.

Так вошла в нашу жизнь Шери, всеобщая любимица, спасенная и спасительница. И навалились необыкновенная ответственность и каждодневная забота, доставшиеся, конечно же, мне.