Чужой костюм. Том 2

Глава 3

Кабинет Келли был одновременно и центром ее управления. Здесь находились ее подзарядка, процессор, модуль памяти и пульт ручного управления. Последний был защищен сложным паролем, доступ к которому имелся лишь у Саливана. Сам кабинет был маленький, без окон и с одним стулом – проекция не нуждалась в удобстве, необходимом человеку.

Едва Браен переступил порог кабинета, как сработал датчик движения, и Келли материализовалась перед ним. Без естественного света, разрушающего иллюзию, проекция выглядела предельно натуралистично.

– Я жду вас пятнадцать минут, – недружелюбно объявила она.

Браен тут же насторожился, как будто проекция могла причинить ему вред.

– Меня задержал Алекс Оддо, – пояснил он, чтобы лишить ее возможности придираться. – Мне нельзя разговаривать с коллегой?

– Конечно, это не запрещено, – елейным голосом проговорила Келли и продолжила предельно язвительно: – Но вы не беседовали.

– Просто дружеская болтовня перетекла в спор, – отмахнулся Браен от вопроса.

– Вы хотели ударить Алекса. Камеры зафиксировали резкость в ваших движениях.

– Людям свойственны эмоциональные реакции.

– Свойственны, – Келли встала в такой зоне, что даже электрический свет не подсвечивал ее, и она выглядела реальнее, чем обычно. – Поэтому мне будет легче узнать причину ваших реакций. Для начала скажите, что вам говорил Алекс.

– Не помню, – пренебрежительно ответил Браен, стараясь не показывать, что у него возникла ассоциация с допросом, а не психологической консультацией. – Он просто дразнил меня.

– По вашему лицу я вижу, что это наглое вранье, – Келли с нажимом произнесла последние два слова. Браена насторожило то, что таким тоном она ни с кем не общалась. Ее поведение всегда было предельно учтивым. – Вы скажете правду или мне включить запись того момента?

– Почему бы тебе самой не озвучить подслушанное? – дерзко спросил Браен, не желая мириться с непозволительным поведением проекции.

– Он предложил уколоть ему наркотик.

– Да, точно. Странное пожелание, ведь я не держу 2Н в кармане.

– Мне известно ваше отношение к наркотикам и наркоманам. И я знаю, что Алекс говорил с подтекстом. Вы думаете, я не знаю, что такое язвительность или сарказм? Так же, как и вам, мне понятен смысл его слов.