Властелин Нормандии

Всадников обдал сильный, продувающий до души ветер. Сразу стих, но он принёс дождевые тучи. Лениво заморосил, накрапывая, мелкий, тягомотный дождичек.

Но дождь недолго подразнился и ушёл в сторону.

–А то без него в Ла-Манше воды мало,– сплюнул Роберт.

–Господин, глядите, вон, кажется, прево от короля пожаловал, уж я-то помню какая у него карета,– указал Монморанси на приближающуюся упряжь с вооружённой охраной.

Эслуа подождал, пока приблизится присланный от Капета чиновник.

Дородный исполнитель воли короля с пыхтением вылез из скрипучей кареты.

Королевский наместник представился и затем грозным выражением отчитывал самовольного феодала:

–Король возмущён Вашей вопиющей выходкой – захватом монастыря Сен-Дени.

–Пузан, это всё, что хотел сообщить мне родственник?– перебил посланца Роберт.

–Ищите более подобающие, благопристойные выражения! Я – посредник между королём и божьим судом!– резко осадил графа чиновник, указывая на его распущенный язык.

–Если бы Вы действительно были посредником бога, то Всемогущий понял бы мою ситуацию и простил ради справедливости.

–Богохульник!

Эслуа дал знак своим людям, и пронзённые тела охраны прево полетели на мокрую траву.

Эрлюин едва сдержался от тошноты. Он растерянно переводил взгляд с одного разрубленного всадника на другого.

–Вы непроходимо глупы,– ухмыльнулся Роберт, играя мечом возле лица толстяка.

–Да, я просчитался…Чтобы усмирить графа де Эслуа нужна не дружина, а целая армия!

–Сеньор, дайте ему дубиной промеж глаз, может, это исправит его физиономию!– подсказал со смехом Альвиз де Ивре.

–Ты слишком добр к гостю, Ивре, тут без тисков не обойтись!– хохотал Анжельжер де Мовбрей.

–Марионетки необузданных страстей!– вопил прево.

–Нет, ребята, мы не будем терять времени на исправление ошибок природы, мы просто вычеркнем его из рядов людей,– возразил друзьям граф и заколол посланника короля.

Мовбрей внимательно глядел на юного Контевиля, чьё лицо сильно побледнело.

Он сказал новенькому оруженосцу:

–Без сомненья, в любом из нашего окружения, подлости гораздо больше, нежели добродетели. С этим надо примириться. Исправить ничего невозможно: власть в руках сильных. И ты скоро привыкнешь к виду крови и расправ.

–Не думаю, что из меня получиться хороший воин,– покачал головой Эрлюин.