Лучше поздно, чем никогда

А она в то время даже не понимала, почему это они все вокруг нее вьются. Мозгов то не было ни у кого. Ни у нее, ни у них, молодых оленей. Так и гарцевали вокруг нее до армии.

А армия многое в той жизни поменяла. Кто в этой самой армии женился, кто наркоту попробовал, кто смерть увидел. Но все пришли оттуда другими людьми, отдалились. А сам он после этой самой армии, в тюрьму сел и надолго. У нее тоже не все гладко было, доходили до него вести из родных краев. Что сейчас то таить, жалел он ее, переживал. Думал, вот выйдет отсюда и поможет ей.

Не срослось.

Девяностые нагрянули. Ох и разбросало их всех в то время, кто в торгаши пошел, кто в бандиты. Вообще редко пересекались. А с Иркой он лицом к лицу встретился, когда уж им за сорок было, к пятидесяти. Сердце его подпрыгнуло, и застучало, и забилось в горле. И хоть Ирка сдала, и постарела, и потолстела, сердце все равно билось, как голубь в клетке.

А сейчас она как то выровнялась, похорошела. Молодость конечно не вернешь, но смотреть на нее приятно.

А голос, голос вообще не изменился. Как будто она в этой жизни не пила, не курила, матом не ругалась. Голос у нее был, как у той семнадцатилетней Ирки, за которой ухлестывали все пацаны их района. Сашка закрыл калитку, и в собственном дворе почувствовал себя свободным от Иркиных чар.

В следующий раз они встретились через год, на том же самом рынке. Еле ее узнал, под маской лица не видно. Сердце узнало, застучало, запрыгало. Она ответила на приветствие, опустила маску на подбородок и опять тарахтела как тарантас на квадратных колесах.

А Саня опять думал о том, что бежать от нее надо. И заторопился, убежал.

Через полгода встретил ее на набережной с внуком. Уморный пацан, спросил у него почему он такой большой, его специально кормят или наследственность такая. А Ирка хохотала. И Сашка вдруг не захотел уходить, хоть сердце стучало и страшно было. Он сел рядом с ней на лавку и почувствовал, как ему хорошо, как в молодости, когда ему повезло и он на одной из вечеринок пригласил ее на танец.

А потом Ирка предложила ему подвезти его домой, все равно живут рядом, как в молодые годы. И Сашка согласился. И пока ехали, пригласил ее к себе на чай, хоть сердце стучало, как бешеное, и щеки пылали. Ирка тоже согласилась. Пока она высаживала у дома внука, Сашка сбегал купил шампанского и красивый торт. А дома выяснилось, что она только торты ест, а шампанское не пьет. И вино не пьет, и водку тоже. Только чай.