Тайяна. Влюбиться в небо

– Во-от. Значит, многое приврали. Хотелось бы точно знать – что именно. А может – и куда уехали эти загадочные нархи-ро? И одна там нархи-ро была или несколько?

Шетаран кивнул. В мыслях царил абсолютный хаос. Тай была здесь? Но как?! И когда? И…

Ничего не понятно. Придется идти и разговаривать с людишками. Определенно.

* * *

Тайяна занималась тем же самым. Разговаривала с людишками. Только вовсе не пренебрежительно, как мог бы тот же Шет. За время жизни среди этих странных существ она научилась их уважать.

Люди были во многом непонятными, но среди них встречались такие, как Авельены, Эрен, Рошер… Разве мало? Может, появятся и другие, но это при условии, что она не оттолкнет никого видимой холодностью.

Так что со стражниками Яна была мила и приветлива.

Рошер здоровался, хлопал кого-то по спине, смеялся, представлял Яну своим знакомым, а знакомых Яне – и та тоже улыбалась. Правда, объятий не допускала: Ааша, жмущаяся к ее ноге, очень способствовала сохранению дистанции.

Наконец Рошер закончил с ритуалом приветствия и перешел к делу.

– А Синта…

– В холодной.

– Проводите? Лойрио Эрен разрешил осмотреть тело.

– А Шойс?

– И он тоже, Маки свидетель.

– Было, – подтвердил один из стражников, усатый крепыш с такими румяными и круглыми щеками, что они походили на яблочки. – Оба как есть разрешили.

– Тогда проводи, – согласился стражник. – Если что – прикроем. Зверюга с вами?

– Со мной, – кивнула Яна.

– Не нагадит?

Ааша смерила стражника убийственным взглядом.

Она?! Нагадит?! Да сам ты… гад!

Но от шуточек в волчьем стиле воздержалась. Сейчас хозяйке нужны эти люди, а вот на обратном пути…

– Она умная и ученая, – спокойно ответила Яна. – Если что – сама все убирать буду.

Этого хватило. Маки кивнул и повел друзей внутрь здания.

Яна оглядывалась по сторонам, но интересного было мало.

– Караулка, оружейная, – давал пояснения Рошер, – комната отдыха, комната для задержанных – три штуки…

Холодная оказалась в подвале, как и следовало ожидать.

Там-то на столе и лежало тело. Маки проводил их и тут же смылся, прикрыв дверь, но друзья уже не обращали на него внимания.

Яна поежилась. Не то чтобы ее сильно трогало зрелище мертвого человека, но… Вот только что она была живая, двигалась, смеялась, чего-то хотела, а теперь… Теперь ее нет. Совсем нигде нет. И здесь на столе лежит только оболочка. А еще горюют близкие и родные, а кто-то, убивший девушку, ходит по свету и усмехается.