Парк. Триллер

Здесь не было ничего странного, что бы могло меня как-то напугать.

Я прошелся по землистой давно нетоптаной тропке, нашел там несколько валунов, постоял на них, попрыгал с одного на другой под мелодичные звуки падающих ракушечников, а через несколько сотен метров наткнулся на чистый ручей, который видимо тек в направлении набережной. Мне нравилось слушать как тут, побулькивает, течет вода. Встретилась насыпь щебенки – наверно осталась еще от строительных работ так и неубранная. Я попытался вскарабкаться на нее и тысячи мелких камушек сыпучим шорохом осыпались из-под моих подошв.

Но тут внезапно наверху затрещала ветка. Я резко поднял голову, но никого не увидел. Должно быть ворона слетела с ветвей. Некоторое время я наблюдал за макушками крон старых деревьев, пока не закружилась голова. Они покачивались надо мной словно великаны, беззвучно и тихо.

Я бродил по оврагу и не смог обойти даже половины его. В какой-то момент мне стало не по себе, ведь я был тут один. Тогда я решил подняться наверх.

Как раз по пути я набрел на тропку, ведущую на подъем. Она была испещрена трещинками, в которых то и дело сновали муравьи. По ней я и выбрался из оврага и снова оказался в яблоневых садах, только уже на той стороне парка. Некоторые деревья здесь покрывали белые древесные грибы. Они были просто огромными – с блюдце величиной. Некоторое время я погулял по парку, вслушиваясь в шуршание золотой листвы на ветвях. Она казалась мне живой. Будто приветствовала меня, говорила со мной, напевала мне шелестом песни.

Потом я набрел на кладбище. Оно здесь действительно было. Яблоневые сады поднимались по пригорку и упирались прямо в него. Кладбище огораживал сеткой забор. Главный вход был из красного кирпича. Над ним белой краской было написано: " Да прибудет с вами вечный покой». Черные металлические ворота болтались на петлях, поскрипывая на ветру. Я приоткрыл их и прогулялся вдоль могил. Надписи были такими старыми, что я с трудом мог их прочитать.

– Никифор Кузьмич Лаптев 18… – дата была затерта и не видна. – Дубовъ Илларион Павл…, – тоже совсем не читалось.

Я шел по кладбищу, загребая кедами опавшие листья, почти уже прошел его и собирался выйти с противоположной стороны, как вдруг за спиной послышался резкий приближающийся шорох. Я обернулся, но никого не увидел. Звук был таким четким, будто какой-то зверь резко рванул по листве в мою сторону. Нервишки стали немного сдавать.