Клыкастые страсти

Вместе мы – вампир и фамилиар – составляем единое целое, которое выше и человека, и вампира. Вместе. Ты и я, девочка моя, мы нераздельно связаны. Прими это и не сопротивляйся неизбежному. Все будет намного проще и приятнее, когда ты это осознаешь, поверь мне.

Сердце часто билось где-то в горле, голова кружилась. Я чувствовала запах его духов – странную смесь меда и экзотических цветов. Этот аромат обволакивал меня, лишая воли к сопротивлению. Я знала, что еще несколько минут – и я не смогу остановить его. Да и не захочу.

Я разлепила губы и медленно, словно каждая буква весила целую тонну, выдохнула:

– Нет!

Я даже не заметила, когда он поднялся с колен – и теперь стоял неподалеку, все такой же восхитительный и чувственный. Мои пальцы до боли впились в обивку кресла. Понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя и более или менее начать соображать. И первым из меня вылетел протест.

– Я не ваша вторая половинка! Вы мне никто, и звать вас никак! Вот!

Вампир смотрел на меня с жалостью.

– Ты не желаешь близости между нами, Кудряшка, но я уже вошел в твою жизнь и никуда не исчезну.

В чем ты меня обвиняешь? И почему не хочешь видеть? Тогда, после смерти Даниэля, я не стал добиваться от тебя ответа. Ты была на грани безумия, я чувствовал это. Но сейчас тебе стало лучше. Ты уже не сорвешься. Не сойдешь с ума. И сможешь дать ответ на мои вопросы. Наверняка за эти полгода ты не раз меня обвиняла, но в чем?! За что ты так ко мне относишься?! Пойми, я даже сло?ва не могу сказать в свою защиту. Это несправедливо.

Ах, мы еще и о справедливости заговорили? Но должна отдать должное Мечиславу: тогда я и правда могла сойти с ума. Он устранил себя из моей жизни – ровно настолько, чтобы незримо присутствовать рядом и напоминать о себе, но не показываться на глаза. И все же… Его вина? Он хочет знать? Имеет право? Ну так он пожалеет о своих правах! Я приняла бой.

– Ваша вина – смерть Даниэля. Не больше и не меньше. Видеть я вас не желаю по той же причине. Он мертв, а вы живы. Мне достаточно.

– А мне – нет.

Мечислав резко развернулся и заходил по комнате, пытаясь собраться с мыслями.

– Хватит метаться, – попросила я. – Давайте все обговорим и расстанемся?

– О нет. Мы еще не закрыли предыдущую тему, пушистик. Я действительно не виноват в смерти Даниэля, как бы ты ни желала меня обвинить. Да, он умер, а я остался жив. Но ведь умерли многие – а ты жива. И ты не считаешь себя виноватой в их смерти. Тот же Андрэ…

– Он получил по заслугам.