Синдром Кассандры

Юноша весь подобрался и спросил фальцетом, но строго:

– Вам чего, гражданочка?

Опять «гражданочка»! Им всем прививку такую делают, что ли?

– Можно просто «мадемуазель», – снова улыбнулась я.

– Так что у вас?

– Это, уважаемый, у вас. Убийство.

– Где? – встрепенулся он.

– Ночью. В подъезде.

Я назвала адрес нашего дома.

Милицейский юноша посмотрел на меня в упор:

– И что? Оперативная группа уже выезжала. Ночью ещё. Или там ещё одно убийство?

– Нет пока. Но я хочу знать, как продвигается дело.

– Не положено, – посуровел лицом мой собеседник.

– Но я там живу!

Я протянула ему паспорт. Он прилежно изучил и фотографию, и прописку, полистал странички, вздохнул:

– Я понимаю, вам небезразлично. Но – нельзя. Тайна следствия…

– А у меня есть сведения, которые помогут следствию, – быстренько нашлась я.

– Можете сообщить их мне, я запишу и передам следователю, – так же быстро нашёлся он.

Однако меня такой вариант никак не устраивал.

– Знаете, я расскажу это либо следователю, либо не расскажу никому вообще.

И мстительно улыбнулась.

Он помаялся, пострадал, потом выписал мне пропуск и объяснил, как найти нужный кабинет.

Следователем оказалась девица примерно моих лет, недавняя выпускница какого-нибудь юрфака, каких теперь развелось немерено. Сейчас ведь юристов готовят даже в консерваториях и сельхозакадемиях.

Девица держала в руках мобильник и увлечённо играла во что-то. Судя по частому писку, в игре ей везло.

У этой волосы были не совсем свежие, косметики – никакой, в глазах – пустота и отчаянье, через которые, впрочем, ей удалось разглядеть меня.

– Вам чего?

– Вы не слишком-то приветливы, – улыбнулась я.

– По какому вопросу?

Да, понимаю я парней, которые не спешат в неё влюбляться…

– Я, собственно, по вопросу сегодняшнего ночного убийства.

– Уже нет, – отрезала она.

– А кто же тогда?

– Уже никто.

– Как так?

– Гражданка, вы вообще-то кто? – отложила она мобильную игрушку.

– Я вообще-то живу в том самом подъезде, на том самом этаже, где обнаружили труп.

– Ну и что?

– А то, что меня полночи терзали ваши сотрудники глупейшими вопросами.

– Но теперь-то уж не терзают!

– Да, теперь не терзают. Но теперь я пришла отомстить.