Герцогиня. Выбор императора

– Да? И это говорит наша «золотая демоница»? – подозрительно уточнила Сая, наградив девушку привычным прозвищем.

– Именно она.

– Мда… Похоже, ты и правда подустала. Ладно, тогда отдыхай, я потом тебе расскажу.

– Что расскажешь? – подозрительно уточнила Лес, скосив глаза на подругу.

– Ничего. Ты устала, отдыхай, – мило заулыбалась она, – завтра все узнаешь.

– Саяна… – угрожающе протянула Лес.

– Ну ладно, слушай! – Сае самой не терпелось поделиться. – Я знаю, кто еще ходил на собеседование! – выпалила она.

– Откуда? – Лес даже дар речи потеряла.

– Пфе! Поставила твой следящий кристалл напротив кабинета ректора, а после обеда забрала.

– Сая, – герцогиня нахмурилась, – а если бы кто-нибудь заметил…

– Не волнуйся. Я все сделала аккуратно. Как ты и учила.

– Эх… Ладно. Я так понимаю, запись автоматически стерлась после твоего просмотра? Да? Тогда рассказывай.

– Значит, так, – начала Сая, усевшись напротив. – Первым прошел Итал диол Зален, пробыл не больше часа.

– И как, Ларина оправдала твои надежды по поводу внешнего вида? – хмыкнула Лес, за что удостоилась кислой мины подруги.

– Ей явно кто-то дал пару советов, – буркнула она. – Все было на удивление пристойно, но красиво, я бы даже сказала эффектно.

Амилеста только головой кивнула. Естественно, как только родители Ларины узнали о собеседовании, матушка приняла все меры, чтобы дочь выглядела идеально и достойно. Как бы то ни было, леди Ларина диол Вэел – графиня, а не какая-то крестьянка, да и мать у девушки особа выше всяких похвал, во всяком случае, в отношении внешности и манер.

Но сейчас Лес занимало не это. Пятеро соперников, пятеро лучших магов этого выпуска… Девушка попыталась оценить свои шансы.

Первый – лорд Итал диол Зален. Аристократ, но титула нет. Далек от двора и высшей власти, но тянется туда всеми возможными путями, а значит, будет лебезить и угождать. Уровень силы неплохой, факультет «универсальная магия», специализация «магия стихий», специальность «земля». Пожалуй, на взгляд Лес, шансов он имел мало, если только королю не нравится, когда перед ним пресмыкаются в особо изощренной форме.