Мне не нужна твоя жалость!

И судя по виноватому выражению, возникшему на лице сына, именно он причина появления грызунов в особняке.

– Ничего не хочешь мне объяснить? – Бен кивнул на наглых мышей. Естественно, он их не боялся, но терпеть живность не собирался, особенно на кухне. Алекс вздохнул и махнул на мышь с тостом – та, схватив кусок, воровато шмыгнула под стол.

– Извини, пап. Я, правда, не специально. Ну, то есть поначалу я думал напугать ими свою будущую «няньку», или как ты называешь, «помощника»… Но поверь, я учел то, что ты сказал мне утром, и собирался отнести их обратно в магазин.

– И сколько «гостей» у нас дома?

Мыши не были катастрофой, если их вовремя отловить. Но вот если расплодятся… У Бена дома хранилось слишком много антикварных раритетных вещей, чтобы дать грызунам возможность их подпортить.

– Несколько, – Алекс продолжал смотреть куда-то в сторону.

– А конкретнее?

– Около пятнадцати, – скривившись, признался сын и, увидев, как изменилось лицо Бена, поспешно добавил: – Но трёх я уже поймал!

Больше десятка мышей в доме! Возможно, кто-то уже пробрался в его библиотеку и стачивает зубы о драгоценные издания. Бен мысленно застонал, представляя веселую ночку.

– Отлично! Тогда тебе будет, чем заняться ночью! – он умолчал окончание фразы – «и мне тоже».

Алекс показательно зевнул, но Бен ткнул пальцем в сидящую на окне мышь:

– Надеюсь, к утру все они будут в клетке, – добавил он, хлопнул сына по плечу и, прихватив с собой чашку кофе, вышел из кухни.

ГЛАВА 3

Совсем не таким Хэйзи представляла свой второй рабочий день в качестве помощника Паркеров. До особняка она добралась сама и зашла в дом через черный ход, заработав неприязненный взгляд экономки Аманды, встреченной на кухне – пожилая женщина, похоже, посчитала Хэйзи какой-то профурсеткой, буркнув вместо приветствия что-то неразборчивое.

Обижаться на неё Хэйзи не стала: наверняка экономке надоели постоянно меняющаяся прислуга в доме и молоденькие девушки, норовящие сначала увести её хозяина от жены, а теперь и вовсе женить на себе. «Пройдет время, и её мнение изменится», – несколько раз повторила про себя Хэйзи, утихомиривая злость.