Сердце Кристалла. Роман

А Вирин лишь кивнул, соглашаясь.

Милан попрощался и ушел. Как только дверь за ним закрылась, Вирин сказал:

– Горяч! Кого-то он мне напоминает, а, Князь?

В тоне старого друга чувствовалась усмешка, хотя внешне он оставался серьезным.

– Да, никуда не деться от наследственности, – задумчиво вымолвил Князь, – лишь бы он ее ошибки не повторял, а в остальном, надеюсь, ему хватит разумности.

– Ты хотел сказать – мудрости?

– Нет, до мудрости ему еще далеко. Молод и горяч, как ты верно заметил.

И… да ладно, давай о деле, – Князь попытался замять неприятный разговор.

– Не уходи от темы, – возразил Вирин, – я же вижу, что тебе хочется поговорить о ней. Ведь Милан так похож на нее.

Князь тяжело вздохнул. Да, он все утро думал о Милане – матери Милана и своей жене – веселой, красивой женщине, которая оставила его с малолетним сыном и умчалась навстречу приключениям, ничуть не обременяя себя горечью расставания. С тех пор минула почти сотня лет.

Он стал правителем планеты, Милан вырос, не сохранив в памяти никаких воспоминаний о матери.

– Что с пустых разговоров, Вирин?! Облегчить душу, скинув другу свою боль? Не стоит.

Она имела право жить так, как ей хочется. Не за это ли боролись наши предки? – Вирин согласно кивнул. – Одно всегда беспокоило меня: жива ли она… Я перестал ощущать ее. Она словно ушла в туман в моем воображении.

– Когда ты это почувствовал?

– Давно, не помню, – Князь решительно стукнул ладонями о стол.

 – Все! Спасибо, друг, что вспомнил о Милане. Теперь давай подумаем о том, как нам вернуть Кристалл Силы.

– Ты хотел сказать: давай разработаем план вторжения на Землю. Да такой, чтобы выйти сухими из воды!

Князь улыбнулся.

– Именно так, дорогой друг! И, знаешь, когда мы одни, ты мог бы называть меня по имени, а то я и сам его забуду!

– Ан, нет, Князь! Это табу! Лагосом ты снова станешь только, когда перестанешь быть правителем.

Иначе, какой смысл в потере имени?! Никакой фамильярности, никаких личных отношений! И давай ближе к делу – я быстро устаю…

Большой стеклянный шар, слегка приплюснутый сверху и снизу, повис перед Княжичем, изобилуя богатством оттенков синего и коричневого цветов, разбавленных пятнами зелени. Планета Земля представляла собой типичный, с точки зрения лиринийцев, космический объект, пригодный для разумной жизни. Необычным казался рельеф.