Опричник

– А вообще-то ножки очень даже вкусны, – говорил между тем Рашфорт, – и это несмотря на то, что Годо пожарил не так, как принято в Ля Рашели. Там обычно, после того, как лапки зажарят до золотистой кожицы и смешают с луком и чесноком, их заливают красным вином. Потом еще минут пять, и подают на стол. Пальчики оближешь. Кстати, граф, а в Московии их едят?

Меншиков, не знал ели ли лапки лягушат в России в этом столетии. Вполне возможно, что да. Вот только уверенности у Федора не было. Он поднес ножку ко рту и замер.

– Нет.

Меншиков решил, что вряд ли тот будет проверять правдивость его слов, а если и встретит какого-нибудь русского из Московского царства, так решит, что в тех местах, откуда прибыл д’Мане, вполне возможно лягушачьи лапки и не едят.

– И так, граф, – продолжил Рашфорт, когда вино в бутылках стало подходить к концу: – выбирайте, где будете спать. Роскошное ложе или сундук у окна?

– А разве тут нет второй кровати? – Полюбопытствовал Федор.

– Нет, конечно. Обычно в комнате живет дворянин со слугой. Дворянин спит на кровати, слуга на сундуке. Но мы оба знатного рода, так что нужно выбрать, кто будет спать на сундуке. И я, граф, предоставляю вам право.

– Мне все равно, сударь. Сундук так сундук.

Рашфорт улыбнулся.

– Выходит на сундуке придется почивать мне, – проговорил он. Федор удивленно взглянул на графа. – Это мое решение, граф, – молвил между тем Обочин, – и обжалованию, увы, не подлежит.

Он встал. Пошатнулся и направился к сундуку.

– Незадача, – пролепетал Рашфорт, взглянул на Федора. – Гнать вас с кровати я не буду. Выбрал сундук, так зачем менять решение. – Он подошел к столу, сдвинул его к стене. – Посплю на полу. Не привыкать.

Отыскал в сундуке подушку, как предположил Федор, набитую соломой. Бросил в угол. Снял со стены свой плащ. После чего улегся на пол, преграждая проход, и им же укрылся. Тут же захрапел. Меншиков только подивился спокойствию графа.

Путешественник встал. Пододвинул стул к столу и продолжил трапезу. В отличие от Рашфорта, Меншиков не наелся. И будь оно не ладное, бургундское пришлось ему по душе. Федор уже решил, что по возвращению из Ля Рашель к машине времени обязательно прихватит пару корзин с этим вином. Где он возьмет карету, Меншиков сейчас даже не задумывался. Наконец Федор взял последнюю лапку, что лежала на тарелке. Съел. Потом запил вином и невольно рыгнул.