Перекресток 177-3-14

– А так он не соблазняется что ли? Ну, юбку там покороче, плечико оголить? Наклониться пособлазнительнее?

– А так можно? – Задумалась девица.

– Иди, пока так попробуй, если не поможет, то через два дня придешь за зельем. – Вздохнула я, выпроваживая девицу.

Не успела я вернуться к борщу, как в дверь забарабанили.

– За приворотным? – Рыкнула я, распахивая дверь.

– Не совсем, дочь моя. – На пороге стоял священник, который с размаху окатил меня тухловатой водой.

– Ну, батюшка! – Отфыркнулась я, снимая и выжимая шляпу.

 – А потеплее у вас воды не было? И желательно не такой тухлой?

– А почему ты не шипишь? – Растерянно спросил он.

Я вытерла воду с лица и, откинув мокрые волосы назад, смогла рассмотреть священника: был он подозрительно молод, наверное, мой ровесник, слегка небрит, как это было нынче модно у молодежи, когда борода толком не растет, но очень хочется и ровненько и аккуратно подстрижен. Еще раз окинув его внимательным взглядом, я отметила слегка кудрявый волос простого каштанового цвета и темную рясу, слегка натянутую на пузике.

Нет, святой отец не был толстым, но тяжелыми физическими упражнениями он явно пренебрегал. На животе, как и положено, висел огромный белый крест, больше похожий на православный, нежели на католический. Хотя, здесь альтернативное какое-то средневековье и религия могла быть совершенно другой. Но я провела параллели скорее с православием. В его пользу еще говорил и кучерявый затылок.

– Вообще-то я шиплю, то есть ругаюсь.

– Я имел ввиду шипеть, растворяться и все такое.

– А почему я вообще должна растворяться? Я вообще крещеная.

– Это как? – Растерялся священник. – Ты же это, порождение тьмы.

– Что вы там курите в своей церкви? – Спросила я, пытаясь отжать подол. – А, знаете, святой отец, зайдите ко мне через полчаса. Мне надо принять ванну и переодеться. И очень вас попрошу воздержаться от чеснока, креста и что там еще у вас припасено. Хотя чеснок можете дать. Добавлю в борщ для аромата.

Священник послушно вытащил из кармана рясы чеснок.

– Доставайте, что там у вас еще есть.

Он послушно достал, а я приняла: распятие, икону, бутыль кагора (с уважением покосившись на такой вместительный карман), осиновый кол и огниво.

– Это чтобы потом просушить мокрую ведьму? – Хмыкнула я, с опасением рассматривая огниво. Однако неудача со святой водой так расстроила батюшку, что на огниво он даже не смотрел. Ему хватило, что я спокойно это все взяла в руки.

– Подождите меня.