Жена монстра

– Судя по аромату, ты оценила уже мой маленький подарок. – Кай без стука открыл дверь в ванную.

– Почему здесь на дверях не предусмотрены запоры? – неприветливо спросила я нахально уставившегося на меня, завернутую в полотенце, рыжего. Но тут я вспомнила случай в столовой и поняла, что это тогда нужно было двери из стали ставить.

– Спасибо, Кай, ты просто сокровище, – кривляясь, пропищал он.

– Спасибо, Кай. И я так не разговариваю.

– А могла бы. И также с визгом ринуться мне на шею, узнав, что у меня еще кое-что для тебя есть.

– Ой, вот и правда спасибо, – шагнула я к нему, но хитрый засранец тут же поднял руку и покачал головой.

– Не-не-не, чур я сам.

– Что сам?

– Расчешу и волосы тебе соберу.

– Опять какие-то игры и манипуляции?

– А как же! – расплылся он в довольной усмешке, подошел и отобрал у меня расческу.

– Гро ушел за едой, – проинформировала я его. – Скоро вернется.

– Да я в курсе, – пожал плечами Кай, становясь у меня за спиной.

Коснулся волос, и вдоль моего позвоночника прокатилась волна электрических покалываний. Кожа пошла пупырышками, грудь чуть заныла, как и в низу живота. Прекрасно, я теперь и на него реагирую почти так же сильно, как и на темного брата?

– Это нормально вообще? – спросила, покосившись на локон, который он взялся аккуратно прочесывать.

– Ты про изменения, Отэм? Да. Поверь, внешне ты меняешься куда меньше, чем изнутри.

– А чем все закончится? Я про изменения! – торопливо уточнила, не собираюсь я развивать тему про мою внезапную сексуальную озабоченность. Сто процентов Кай именно этого и добивается.

– Вся твоя природа станет иной однозначно, и ты однажды перестанешь сопротивляться естественным инстинктам. Надеюсь, очень скоро.

– Надеешься, что я начну хотеть сожрать кого-то и перестану ЭТОМУ сопротивляться?

– Ну нет, мои надежды имеют иную направленность.

– Опять о сексе? – закатила я глаза, но слишком уж злиться не выходило. Возня в моих волосах посылала все новые волны тотального расслабления вкупе с похотью, и они вдвоем чрезвычайно эффективно теснили не только злость, но и адекватность восприятия. Так что только и оставалось бухтеть, цепляясь за привычное ехидство.