Ведьма. Открытия

– Это нездоровая обстановка в коллективе, знаешь?

– Зато необычайно мотивирующая и результативная.

Раздалось басовитое покашливание, и в дверном проеме показался Никифор.

– Хозяйка, дозволь доложить.

– Говори конечно.

– К тебе там новая пришлица.

– Кто? А! В смысле ко мне? Наверное, она к Рогнеде по старой памяти?

– Никак нет. К тебе. Пущать будем?

– Будем! – вместо меня распорядился Данила, но домовой не сдвинулся с места, глядя на меня. – Это гостья здесь определенным образом по моей инициативе.

Я повернулась к ведьмаку и уставилась на него с “ну и что это значит” видом.

– Люсь, ну не делай страшное лицо, меня оно только воз…воодушевляет! – ухмыльнулся наглец, покосившись на Никифора.

– Какое ты имел право приглашать кого-либо в мой дом? – зло прищурилась я на него.

– Слушай, я не приглашал напрямую, ясно? – принялся выворачиваться ведьмак, явно не испытывая ни капли стыда при этом. – Просто дал информацию о том, куда эта бедная женщина может обратиться со своей проблемой.

– Нормальные люди сначала спрашивают у того, о ком эту информацию дают!

– Ну так мы же не люди, Люсь! И привыкай, в подлунном мире именно передача из уст в уста, как говорится, и есть главный двигатель торговли и залог процветания бизнеса. В сети только всякие шарлатаны и полудурки с усвиставшей флягой объявы размещают. У настоящих подлунных такое не в чести.

– Я ничем не торгую и бизнеса не веду!

– Слушай, василек, ну давай мы потом поскандалим на эти малозначительные темы, а? Человек там под дверью мается, нервничает.

Он посмотрел мне в глаза пристально, и, действительно, в обычно лукавых глазах не промелькнуло ни единой хитрой или насмешливой искры.

– Да как и чем я могу кому-то помочь, если сама только и делаю, что в неприятности всякие попадаю? Она на лицо только мое глянет и перепугается.

– Это ты уже загнула.

– Да при чем тут деньги? Это вообще неправильно все как-то. Если, как ты говоришь, у человека правда беда, то чем я помогу? Выслушаю с умным видом и тем самым надежду ложную внушу? К тому же я домой ехать собралась, маме пообещала уже.

– Люсь, деньги для нас подлунных при всем.