Эра Водолея

Сердце вновь учащённо забилось, но не от любви, а из-за тревоги.

«Где же Гетти?»

Обеспокоенный, я кинулся к выходу.

Квин по-прежнему опиралась на стену двадцать восьмого корпуса. Девушка прикрыла глаза и запрокинула голову. А на её волшебных губах притаилась сладострастная улыбка. «О, Гетти, что ты делаешь со мной? Я теряюсь в твоём присутствии. И, честно говоря, мечтаю забыть обо всём, и вновь броситься в твои объятия. Но, к сожалению, не могу».

– О чём вы думаете, лейтенант? – томно спросила девушка.

Готов поклясться, Гетти не открывала глаза. Но каким-то образом чувствовала меня.

– Надо подняться наверх, – ответил я, стараясь перейти на официальный тон. Мне казалось, лишь придерживаясь такой линии поведения, я смогу довести расследование до конца. Но я ошибался. Гетти уже поработила меня. Я не мог ей противостоять. Кто-то из великих сказал: сила женщины в её слабости. И я воочию ощущал это на себе.

– Да, вы правы, – согласилась Квин.

Девушка открыла глаза и неуловимым движением преобразилась.

Сейчас в облике красавицы не осталось и намёка, что недавно, такая доступная и желанная, она таяла от страсти в моих объятиях. С одной стороны – с профессиональной – я даже рад такому повороту. Но другая моя половина – мужская, истомившаяся без любви, взвыла, протестуя из-за утраты столь драгоценного подарка судьбы. И неимоверных усилий стоило мне унять разыгравшееся воображение.

Квин уверенно прошла к лестнице. И, переступив канат, быстро взбежала по ступеням.

– Гетти, – опять я догонял красавицу, любуясь поблёскивавшими звёздами на её гольфах.

 – Расскажите, какие вы посещали комнаты.

– Неужели так важно? – спросила девушка холодным тоном. Она снова играла со мной.

– Мы проводим следственный эксперимент, – ответил я, чувствуя себя не лучшим образом. «Что со мной происходит? То я хочу быть суровым полицейским, то страдаю от нестерпимого желания вновь овладеть волшебными губами очаровательной проказницы».

– Ну, хорошо, – сдалась девушка. – Я поднялась на второй этаж и, не задерживаясь, пошла на третий.

Я знала, где находится искомое.

– Кого вы здесь увидели? – поинтересовался я, остывая от страсти и возвращаясь к роли полицейского. Что, признаюсь, давалось с трудом.

– Никого, – ответила Квин, проходя мостик второго этажа и поднимаясь по следующей лестнице.

– Чем так интересно панно? – спросил я, догоняя Гетти.

Не задерживаясь у ступеней, девушка прошла в комнату, где на стене красовался барельеф.