Суккуб в квадрате

Я обуздала свою проклятую суккубскую сущность, невзирая на ее яростные крики возмущения, швырнула в самую глубину сознания. Ленар, вклинив свое тело между моих ног, потянулся к ширинке. Но я резко толкнула его в грудь.

– Что? – его голос хрипел, и он вперил в меня свои поразительные глаза, уже абсолютно лишенные любого выражения, кроме всепоглощающей похоти.

– Ты. Не. Имеешь. Права, – четко и спокойно сказала я, стараясь не выдать себя дыханием.

Несколько секунд Ленар смотрел на меня так, словно не понимал, о чем вообще речь, а я повторила:

– Договор, инкуб.

В сузившиеся глаза Ленара опять мощным выплеском вернулось серебро.

– Напрасно ты решила играть со мной в эти игры, ведьма. Ты дилетант, а я опытный игрок. Ты проиграешь! – он говорил опять с презрительным спокойствием, и лишь хрипота выдавала, что он испытывал только что.

– А как же работа, хозяин? – нагло спросила я.

– Я сказал – пошла вон! – заорал он.

Пожав плечами, я вышла из кабинета. На самом деле я была безумно рада оказаться как можно дальше от этого мужчины. Потому что и сама логически не могла себе объяснить, зачем его спровоцировала. Мои злость и упрямство не были оправданием в этой ситуации. Одно было понятно: поступок был крайне тупой, учитывая ту смуту незнакомых ощущений, что получила в итоге.

В коридоре я нос к носу столкнулась с Лиамом. Он прошелся заинтересованным взглядом по моим взъерошенным волосам и всему телу, остановив глаза внизу живота, как будто знал, что на мне не было трусиков. Потом он демонстративно глубоко втянул воздух и облизнулся.

– Ты пахнешь, как самая сладкая конфетка, су… детка, – проглотил он обидное слово. – Что так быстро?

– Твой братец не в духе. Он, похоже, сладкое не любит, – усмехнулась я. – Попросил меня уйти. Вежливо.

Лиам подступил еще ближе, и лицо его вдруг стало совершенно серьезным.

– Не стоит его дразнить, ведьмочка. Он ждал дольше всех, и его терпение на пределе. Мы не любим насилие, но ты слишком большое искушение для любого из нас. Веди себя осмотрительней со всеми, – сказал без тени улыбки, но затем его лицо опять приобрело выражение игривости, а голос стал тягучим и сладким. – Ну, разве что, кроме меня. Со мной можешь быть, какой хочешь. Я готов с тобой играть в любую игру.