Суккуб в квадрате

 – Кто выбирал эту… порнографию?

– Как обычно, Люсинда, – неуверенно ответил он. – А что не так?

– Что не так? – сузил глаза инкуб. – Эта… – он снова ткнул в меня пальцем, – здесь, чтобы работать, а не сверкать своим задом ради вашего удовольствия!

– Мы хотели угодить тебе, – виновато ответил Ринар.

– Вот спасибо. Угодил, так угодил! – злобно огрызнулся Ленар.

– Ну, одно другому не мешает! – раздался мягкий голос Лиама, опять заставляя дернуться и прислушаться мою суккубскую половину. – Маленький суккуб, выглядишь просто потрясно! Хотя по-другому и быть не может! Но на шпильках было бы еще круче.

– Нравится? Носи! – швырнула я в голову говнюка босоножки. – Дарю.

Мягким движением Лиам уклонился от пролетевших снарядов и рассмеялся.

– Не смей называть меня этим мерзким словом! – зашипела в ярости я.

– Откуда столько ненависти к своей сущности, дикий котенок? – Лиам явно забавлялся ситуацией

– Не твое дело, паразит! – огрызнулась я.

Лиам опять расхохотался. Звук этого смеха вызвал ответный отклик внутри, против моего желания гася злость на него.

– Лиам, ведьма, прекратите немедленно! – Ленар встал прямо передо мной и склонился, злобно сверля глазами. – Ты обязана вести себя уважительно по отношению к моим людям и тем более к моему брату, или будешь наказана! И поверь, наказывать я умею.

– Да будто я в этом сомневаюсь!

– В мой кабинет. Живо! – И он, развернувшись, зашагал прочь, а мне оставалось только идти следом.

Как только я вошла, он захлопнул дверь прямо перед носом Лиама, который, оказывается, увязался за нами.

– Сядь! – ткнул Ленар пальцем на кресло.

Я села и тут же почувствовала себя неуютно. Как ни повернись в том платье, что на мне было надето, это все равно выглядело до предела непристойно. Наплевав, я откинулась в кресле и закинула ногу на ногу. Ленар, пристально глядя на меня, скрипнул зубами и сел за свой стол.

– Завтра я сам куплю тебе одежду, если у этих идиотов не хватает на такое ума, – пробурчал он.

Потом выдвинул ящик стола и, положив передо мной какой-то документ, сказал:

– Подписывай.

Я взяла в руки лист. Это был еще один договор. По нему я давала обязательство никогда не разглашать все то, что увижу или услышу в доме господина Ленара или во время моей работы на него. Также я должна была молчать о методах и результатах каких-то там исследований.