Подмена-2. Оригинал

Древесина стонала и жутко трещала, кто-то истошно вопил, а деспот, не обращая ни на что внимания, подтащил совершенно ошалевшую меня к мачте и быстро и тщательно привязал там. Потом вскочил, подбежал к борту и просто выпрыгнул в воду. Прямо в это дикое месиво бьющихся насмерть чудовищ. Я кричала… Нет, я орала так, как никогда в жизни, выпутываясь из проклятых веревок. И даже не поняла сразу, что ад, царящий вокруг, постепенно стал сходить на нет. И когда, переломав все ногти, наконец развязала сложные узлы и рванулась посмотреть, уже восстановилась просто мертвая тишина и неподвижность.

– Грегордиан! – наклонившись, я, как идиотка, орала в кровавую воду, надсаживая и так болезненное горло. – Грегордиан! Вернись сейчас же, деспот ты проклятущий! Вернись или я тебя сама убью!

– Стоит попытаться прямо сейчас, Эдна, – неожиданно прохрипел он за моей спиной, и я резко развернулась. – В другое время прикончить меня будет не так просто.

В ужасе зажала рот, глядя на деспота, медленно ковылявшего ко мне и оставлявшего темный след на палубе.

– Боже мой, что же делать?! – Не помню в жизни большего отчаянья и ощущения бессилия.

– Ничего. Мне нужен только сон, – Грегордиан просто повалился на доски и повелительно хлопнул по ним относительно здоровой ладонь.

Да он и при смерти оставался властным засранцем! Едва я послушалась, усевшись рядом, он схватил меня за лодыжку и просто отключился. Не стала освобождаться, чтобы не беспокоить его. Лишь попросила выживших членов команды и не вылетевших за борт асраи собрать остатки покрывал и подушек и кое-как устроить деспота поудобнее. А потом я еще долгие часы сидела и смотрела на него, запрещая себе плакать и задаваясь вопросом, в своем ли он уме. Как он мог хотеть, чтобы я полюбила ТАКОЙ мир? Никогда никакие красоты не перевесят его безумной непредсказуемой жестокости.

Глава 13

Грегордиан резко открыл глаза, ощутив, как все вокруг вздрогнуло. Плоское днище биремы с тихим скрежещущим звуком коснулось отмели. Его пальцы по-прежнему цепко обхватывали лодыжку Эдны, приковывая женщину к нему. Она так и уснула, сидя над ним в неудобной позе, растрепанная и перемазанная его засохшей кровью.