Подмена-2. Оригинал

Команда состояла из невысоких коренастых существ с такой обильной растительностью на лице и голове насыщенного красно-рыжего цвета, что видны оставались одни глаза. У всех ярко-зеленые, словно светящиеся среди этих их естественных зарослей.

– Это ух-эсге, – пояснил деспот, когда рыжики стали дружно кланяться и приветствовать его. – Их ты еще не встречала.

– Сколько всего э-э-э… видов или народов фейри? – спросила, когда он повел меня на носовую часть, где был установлен большой открытый шатер.

Здесь внизу терпкий запах моря был острее, но зато ветер ощущался не так сильно. А вот солнце припекало по-особенному, так, как это бывает только вблизи воды. Сразу захотелось растянуться на палубе и впитывать его всем телом.

– Высших – двадцать два, и нас принято называть расами. Остальных, включая полуразумных зверей, сотни и сотни видов. Одни зовут себя народами, другие вообще никак, ибо говорить не умеют. Мир Богини очень разнообразен, жизни не хватит, чтобы посмотреть хоть по разу на каждое его чудо и создание.

Я с удивлением смотрела на деспота, который говорил о своем мире с искренним воодушевлением и восхищением. Таким, что заставляло всматриваться в каждую окружающую деталь тщательнее, желая увидеть то же, что и он. А я могла так же говорить о том мире, который всегда считала своим? То есть да, я хочу вернуться домой, к тому, что мне привычно, потому что я знаю, как там жить, потому что там я была другим человеком, управляющим своей жизнью, но что кроме этого? Земля – прекрасное место, я это точно знаю, но, положа руку на сердце, могу я сказать, что замечала окружающую красоту на самом деле? Что бы я могла привести в качестве аргументов, если бы убеждала, к примеру, уйти со мной в мир Младших и там остаться? Хотя зачем об этом думать? Такой ситуации просто не случится никогда.

– Чьей жизни – твоей или моей? – Вопрос сорвался раньше, чем подумала, и Грегордиан сразу помрачнел.

– Тебе лучше лечь и поспать, – указал он на ворох подушек и покрывал под пологом шатра, и тон его был совсем таким, как раньше – раздраженным и властным.

На палубе кроме нас расположились еще около десятка асраи. К ним Грегордиан и пошел, когда я уселась на подушки. А я еще какое-то время сидела и смотрела ему в спину, пока деспот о чем-то беседовал со своими воинами, и злилась. На себя. За иррациональное чувство вины.