Модификаты

Капитан появился, когда я провожала Арни к его личному отсеку и парень мне вдохновенно и торопливо рассказывал о новом усовершенствовании в его любимой «Лингво», которое он планировал полностью довести до ума в эту фазу бодрствования.

– Я подумал, почему бы каждый экземпляр не привязать к ДНК носителя и не попробовать внедрить способность к самовосстановлению при частичном повреждении, – частил он, явно наслаждаясь звуком своего голоса и возможностью свободно говорить, и я его прекрасно понимала. – Представь, что моя малышка будет отращивать обратно по какой-то причине утраченные нейросвязи без малейшего вмешательства техников.

Я, улыбаясь, покачала головой. Этого фантазера ничем не исправить, и мне это очень нравилось. В конце концов, именно благодаря таким вот упорным мечтателям наука частенько совершала неожиданные прорывы. В моего отца тоже никто поначалу не верил. Хотя это не слишком удачный пример…

– Знаешь, Арни, я бы вот неуютно чувствовала себя с такой штукой в голове, – возразила по обыкновению.

– Софи-и-и! – укоризненно протянул парень и обнял меня за плечи, слегка столкнув наши головы. – Как же я скучал по препирательствам с тобой и этой твоей дурацкой технофобии!

Сильные руки обвили мою талию, не грубо, но настойчиво отстраняя от Арни, и, даже не оборачиваясь, я знала, что это Рожер.

– Как самочувствие, господин Штерн? – бодро спросил капитан и быстро, но, я бы сказала, слишком уж интимно поцеловал меня в шею.

Хорошее настроение Арни мгновенно испарилось, и пару секунд он смотрел на нас шокированно, а потом его лицо исказилось от гнева.

– Со мной все великолепно, капитан, – едва ли не выплюнул он и гневно уставился мне в глаза: – Знаешь, Софи, я думал, ты умнее. Спасибо, что проводила!

Порывисто развернувшись, он зашагал дальше сам.

– Я предупреждал тебя, как может быть воспринято твое присутствие на процедуре встречи, звезда моя, – сказал Рожер, прежде чем я отошла от неожиданной грубости друга и успела заметить Тюссану, что не стоило, возможно, вот так тыкать в глаза факт нашей близости. – Зато теперь никакой двусмысленности.

Родившиеся возражения быстро осели. Пожалуй, он прав. Я воспринимала Арни только как друга, считала, что именно так и он видит наши отношения.