Гадкий рыжик

Менять себя в угоду чьим-то амбициям и желаниям не буду. Я не домашняя собачонка, чтобы менять имидж по прихоти богатого хозяина. Так что извини, в этом смысле я считаю, что одноразовый секс гораздо честнее.

– Давай, я хотя бы домой тебя отвезу, – сделал он последнюю попытку.

– Мы в центре! Чай я не в маразме, чтоб дорогу до дома не найти!

Сандро стоял и смотрел, как за Миленой закрылась дверь, и злость застилала ему глаза. «Люблю другого человека». Не того ли прилизанного блондинчика из клуба? Рядом с ним сияла так, что хоть глаза зажмуривай! Да ну и хрен с этой Миленой! Не бегать же за ней, в самом деле? Может, одумается и сама придет.

Что в ней такого, чего нет у других? Обычная девка: руки, ноги, голова. Ага, и еще кое-что – гаденько дорисовало воображение яркую бабочку, ритмично двигающуюся от его жестких толчков. Тело отозвалось сразу же, так, как будто и не занимались они сексом всю ночь напролет. Заскрипев зубами, Сандро пошел за пиджаком.

Глава 6

Милена тихонько проскользнула в квартиру и, сняв обувь, прокралась в свою комнату.

– Ну, и сколько это будет продолжаться? – раздался гневный голос младшей сестры.

– Кать, не начинай, я спать хочу, – огрызнулась Милена.

– Еще бы, спать она хочет! Я за тебя волновалась, между прочим!

– А зря. Это я старшая сестра, я и волноваться должна!

– А ты, я смотрю, видимо, потому и не выспалась, что всю ночь за меня волновалась, – съязвила Катя.

 – Бросила меня с незнакомым мужиком и исчезла в неизвестном направлении.

– Ты не одна была. Я ведь знаю, что Алексей тебя никогда не бросит.

– Скажи, Милена, ну сколько ты будешь еще позволять своей жизни катиться к черту из-за этого извращенца?

– Прекрати! У тебя нет права его так называть!

– Да? Тогда хоть придурком и козлом можно?

– Нельзя! – отрезала Милена.

– Он прошелся по твоей жизни бульдозером, взял от тебя все, что мог, и вышвырнул за ненадобностью, а мне и слова о нем сказать нельзя? – злилась сестра.

– Катя, прекрати. Уж тебе ли не знать, что инициатором наших отношений всегда была я. И все, что он, как ты говоришь, у меня взял, я отдала ему сама, потому что так хотела! И он не выбросил меня – мы по-прежнему друзья, потому как другое просто больше невозможно! Что, по-твоему, он должен был сделать? Никто не может измениться в этом смысле только по собственному желанию.