Бедствие для фейри

За столом что-то резко звякнуло, причем массово, а лорд-правитель подавился.

– Кто вам сказал? – яростно спросил он, краснея как рак, и метнул гневный взгляд на Симура.

– Это не он! – сразу решила я восстановить справедливость.

– А кто?

– Я не скажу. Ответьте на вопрос.

– А разве вы хотите неполный брак? – уже гораздо мягче спросил лорд.

– На самом деле я не знаю, – неожиданно я почувствовала, что гнев накатывает на меня волнами. – Как я могу это знать, если все вокруг врут постоянно или увиливают от ответов.

Все мужики вскочили и теперь смотрели на меня как завороженные.

– Я оказалась в чужом мире, вы мне шагу не даете ступить, теперь еще и замуж должна почему-то выходить, и никто не желает отвечать на мои вопросы, только юлят все и врут! Надоело!

Неожиданно пол завибрировал, как при землетрясении, и уши заложило. И в следующую секунду взорвались все стекла в огромной столовой. И даже тарелки раскололись на столе.

От шока мой гнев испарился, сменившись страхом.

– Что, черт возьми, у вас тут происходит?! – завопила в страхе я.

– Э-э-э-э-э! Понимаете ли… – затянул любимую песню лорд-правитель.

– Так, тут все ясно, – я развернулась к героическому Агусту Шакру. – Отведи меня назад в камеру!

– Лиира Алесия! – сделал еще попытку правитель. – Вам не стоит ни о чем беспокоиться!

– Да правда, что ль? У вас тут черт-те что происходит, все время стекла лопаются, и вообще, а мне и беспокоиться не о чем? Ну, как скажете.

Мы с Агустом в мрачном молчании дошли до моих апартаментов.

– Кстати, спасибо, что прикрыл, – вспомнила я. – Тебе хоть не больно было?

– Я мужчина, лиира Алесия, и для меня счастье служить вам.

– Бла-бла-бла! Агуст, ты можешь говорить как нормальный человек? Я спросила, не было ли тебе больно, хочу получить правдивый ответ.

– Я не человек, лиира Алесия, а для мужчин-фейри недостойно жаловаться в присутствии женщины.

– Да? А чего же тот ваш дружок так визжал, когда я его укусила, и в обморок падал? Кстати, я его что-то не вижу больше.

– И вряд ли скоро увидите. После того, как стало понятно, что вы не нечисть никакая, его совсем насмешками доконали, и он попросился на границу смыть свой позор.