Бедствие для фейри

Скотина кобелистая! Жених, тоже мне! Орет на меня, а сам с этой воблой обжимается! А мне плевать вообще! Только обидно.

Дракон сидел, пораженный потоком инфы, и только хлопал желтыми глазищами.

– Щас, погоди! – наконец сказал он, отошел куда-то и тут же вернулся с большой бутылью в передней лапе. – На, глотни, помогает.

Я почему-то без сомнений подняла тяжеленную бутыль и сделала большой глоток мутной жидкости. Горло опалило огнем, и глаза натурально полезли на лоб. Я закашлялась, чувствуя, как жидкий огонь быстро спускается к желудку.

– Вещь! – дракон отобрал у меня бутылку и приложился сам. – Моментом тебе мозги прочистит. Я из твоего рассказа мало что понял, так что ты глотни еще, и давай по порядку. Я страсть как люблю всякие истории слушать.

Ну, я и глотнула еще, и потом еще. Вскоре ноги мои отказались меня держать, и я уселась на землю, привалившись к теплому боку дракона, и вещала ему про всю свою жизнь с самого детского сада, включая то, как я застала моего бывшего в интересном положении, и закончив подробным описанием событий, начавшихся в баре, и до сего момента.

Дракон внимательно слушал, периодически прикладываясь к бутылке и щедро делясь со мной. Время от времени вставлял емкие замечания типа: «Да, ладно!» или «Вот он урод!», а под конец откровенно ржал.

– Ты – нечисть? – давился он. – Не, ну я понимаю, что не красавица, но чтобы тебя с сиреной спутать?

Я решила обидеться.

– Я не красавица? А ты себя-то видел? Арлекин серо-буро-пошкарябаный!

– И нечего дразниться! – тоже надулся дракон.

– Да ладно, извини! – толкнула я его в бок. – Теперь колись, чего сидел тут в засаде.

– Да я ждал, пока наездники все разойдутся, хотел к самочкам в загон наведаться. Они тут такие сладенькие, ухоженные. И все такие одинокие! Вдруг бы мне чего и обломилось бы.

– Наездники, говоришь? На драконах ездят?

– Не ездят, темная ты женщина. Летают!

– Ух, ты! Я тоже хочу! Прокатишь?

– Еще чего! Я свободный дракон, и никого на свою спину пускать не собираюсь.

– Противный ты! – со вздохом заключила я и икнула. – Трудно тебе, что ли?

– Ладно! Только давай не сегодня. Пьян я уже. И, кстати, кажись, это по твою душу, – указал он на огни, мечущиеся в стороне замка. – Глянь-ка, потеряли тебя, бегают! Я пойду, пожалуй. Ты это… Как в следующий раз выбраться сумеешь, позови меня. Я всегда неподалеку. Меня Киреем зовут. Выйдешь, поорешь, я и прилечу.