Беда с этими честными

Вслух стал размышлять:

– Виталий Николаевич? Хоть он и молод, но из первого периода, – когда берут всё, что дают, коньяк, например, – уже, конечно, вышел.

Слава богу, думаю: попёрся бы с бутылкой, как осёл.

– А окончился ли у него второй период – хрусталя и прочих безделушек, – право, наверное сказать не берусь, – засомневался главврач. – Сам-то я музыкой увлекаюсь, пластинки коллекционирую.

Вышел я от него, на всякий случай в записной книжке пометку о пластинках сделал.

Но с медиком моим всё равно никакой ясности. Может, ему по-простому в конверте дать?

Ловлю я тогда нашу нянечку.

– Родной ты мой, – успокаивает она меня, – это только мы рублёвками берём, а у докторов за семь лет учёбы латынь все нормальные чувства вытеснила. Про Виталия Николаевича узнать можно, почему нельзя. Только тяжело, – завздыхала она, – ох, тяжело!

И я полез в карман, где лежали специально наменянные женой рублики.

К вечеру выяснилось, что хрусталём у Виталия Николаевича забита вся квартира, но хобби он себе ещё не выбрал, а потому лучшей благодарностью было бы какое-нибудь простенькое украшение для его жены: перстенёк с бриллиантиком или ещё что…

Я, конечно, сейчас же подключил супругу и вскоре уже показал нянечке ожерелье из натуральных камней. Та одобрила, а я на свою беду поинтересовался, как у Виталия Николаевича с честностью.

– Очень, – сказала нянечка. – Просто кристальный человек. Во всей больнице, пожалуй, такого честного не сыщешь.

Мне б, дураку, уже б тогда от такой рекомендации насторожиться.

Настал день выписки, захожу я в кабинет. Посмотрел Виталий Николаевич ожерелье, вздохнул:

– Очень красивая вещь, но я не могу её принять. Понимаете, – оправдывается, – не заслуживает этого моя работа…

– Ну, это уж позвольте нам решать!

Всучил я ему, за дверь выскочил, пот со лба вытираю.

– Взял? – спрашивает нянечка. Добрая душа, за меня болеет.

– Взял, – отвечаю облегчённо, – едва уговорил.

– Я же предупреждала, что он очень честный.

– Да, говорит, моя работа не достойна такого…

– Само собой, – поддакивает нянечка. – Если бы он у тебя аппендикс чикнул – и всё, а то он, ведь, и желудок тебе скальпелем пропорол: повозиться пришлось, зашивать.