Посмеяться и не только…

Да в таком количестве можно загнать? И машина в гараже, на замке…

А надо сказать, накануне повесил в салоне китайский ароматизатор. Ну, и пришла в голову мысль: а может, этот китайский ароматизатор на мух как-то влияет?

Открываю в очередной раз дверцу машины, а там привычные мне мухи. Выгнал. Утром – то же самое. У меня уже нервная система от этих мух ни к чёрту.

Сижу в гараже, пью водку, так сказать, нервную систему успокаиваю. Наблюдаю, как в машине этих мух, после того как я их выгнал, становится всё больше и больше.

Заходит в это время ко мне в гараж Антон.

Он – мне:

– А ты тут чего?.. Почему пьёшь в гордом одиночестве?

Ну, и, конечно же, увидел мух в машине и говорит:

– У тебя в машине мухи! Ты знаешь?

– Знаю, – отвечаю я ему спокойно.

– Ну и?

Я пожал плечами. Антон стоял и смотрел на меня в замешательстве. Потом всё-таки спросил, пристально разглядывая салон, где летали мухи:

– Зачем тебе они в машине, да ещё в таком количестве?

– Представляешь, – отвечаю я, – китайцы, сволочи, ароматизатор подсунули, на него все мухи, какие есть в округе, слетаются в мою машину.

Я тут, так сказать, в засаде, проникновение пытаюсь засечь.

– И как? Получается?

– Нет, не очень. Появление есть, а проникновения я не заметил.

Это, братан, называется не проникновение, а белая горячка.

– Не веришь, значит!? Ладно, тогда смотри!

Я встал, открыл дверцы в машину, выгнал тщательно из салона всех мух, закрыл, и говорю:

– Пошли пока перекурим.

Антон посмотрел на меня недоверчиво, но перекурить пошел.

Когда мы вернулись, в машине уже летали мухи.

– Ну, – говорю я ему, – вот видишь! А ты, мне – белая горячка…

Антон стоял и задумчиво чесал затылок, глядя в салон на мух. Потом деловито сказал:

– Тут без пол-литра не разберёшься…

И ушел. Через двадцать минут он нарисовался с двумя бутылками водки и колбасой.

– Ты… куда её столько? – попытался я возразить, так как в меня, пока я тут без него думал, уже было влито пол-литра.

– Тут так просто не разобраться, – сказал он.

Я обречённо вздохнул, глядя на бутылки, затем посмотрел в машину, где обживались мухи, и сказал:

– Тогда разливай.

Антон разлил, чокнулись, и он махом опорожнил целый стакан, налил сразу ещё и тут же выпил. Я из солидарности отпил четверть стакана. Вышли из гаража, молча, перекурили. У Антона, было видно по глазам, в голове созревал ответ.