Преступивший

Шестым чувством, а может, по едва ощутимому дуновению Юля догадалась, что он усмехался.

Александр с широчайшей улыбкой и с самым доброжелательным видом неторопливо повернулся к сидящим на задних местах. Быстрым взглядом окинул напряжённую пассажирку, заметил её изменившееся настроение.

Оценив противостояние, сориентировался и поспешил произнести подчёркнуто благодушным тоном:

– Девчата, я лучшего друга случайно встретил по дороге. Знакомьтесь – это Георгий. У него сегодня тоже свободный вечер. Пригласил его с собой, чтобы никому не было скучно.

Надеюсь, вы не против? Вчетвером веселей гулять. Кстати, Сергей Георга тоже хорошо знает. Мы в одной школе учились, жили рядом. Тусовались вместе.

Удивлённая Маша проворно повернулась назад. Они с сестрой тревожно переглянулись. Вечерняя экскурсия из лёгкой и беззаботной, какой планировалась изначально, превратилась в рискованное, непродуманное приключение.

Состав компании вызывал нехорошие подозрения.

Два взрослых внушительных размеров богатыря и две молоденькие приезжие девицы целомудренно уединятся на ночном берегу? Чтоб блаженно посмотреть на волны и посчитать звёзды?

Ой ли… В это нисколько не верилось.

Не надо обладать даром ясновидения, чтобы догадаться о целях такой прогулки. Вряд ли они настолько бескорыстные, как расписал Александр.

– Нет, мы никуда не поедем. Маша, выходим! – резко, решительно возразила Юля.

Сердито и обиженно выпалила, гневно глядя в глаза водителя:

– Днём договаривались с вами, Александр.

Вы говорили, что нас будет трое. Что будет именно дружеская прогулка. Ни знакомство, ни свидание. Заверили, что не будет домогательств. Гарантировали безопасность. Нам показалось, что вам можно верить. Поэтому мы согласились.

Но вдруг всё изменили, не предупреждая нас. Мы не знаем вашего товарища, не представляем, что он за человек. И отказываемся ехать, убедившись в том, что вы так легко меняете обещания.

Друг Александра, прячущийся в темноте, слегка дёрнулся.

Вполоборота всем внушительным корпусом медленно и тяжело развернулся к напрягшейся от этого движения старшей сестре.

Его лицо лениво осветил слабый луч уличного фонаря.

Мужчина неторопливо, будто нехотя, смерил Юлю хмурым изучающим взглядом. Выказывая, что тирада ему не понравилась. Но промолчал.

Раздражённо вздохнул: «Как меня это достало. Очередные залётные пташки набивают себе цену…» Громко цокнул языком. Гордо скрестил руки на груди, выпрямил спину.