Харальд Прекрасноволосый и Зеркало Грядущего

Уже на следующее утро стало ясно, что они покидают стойбище. Оленьи шкуры снимались с шестов, а трое вышеупомянутых охотников грузили на пару санок туго свернутые связки мехов. Все это произошло так неожиданно скоро, что у Харальда не осталось времени подумать, как он должен проститься с Тией и что сказать ей. Однако об этом сыну конунга совсем не следовало беспокоиться. Дочь нойды помогала матери снимать шкуры с жилища, но, взглянув на Харальда, оставила мать и отвела норега в сторону, недалеко от стойбища. Когда же они скрылись за елями, она взяла Харальда за руку и вложила в нее что-то маленькое и твердое.

И тут он понял - она вернула назад золотую заколку для плаща. Металл всё еще хранил тепло ее тела.

- Нет, Тиия, оставь её себе, - запротестовал Харальд, - она твоя навсегда, и это - залог моей любви к тебе.

- Харальд, сын великого вождя, это ты не понимаешь, - настаивала она. - Ведь для меня гораздо важнее, чтобы дух, который мерцает внутри металла, охранял и наставлял тебя самого. Тебя для меня.

.. Тогда я буду знать, что с тобой всё в порядке, где бы ты ни оказался. И потом, ты оставил мне нечто гораздо более ценное. Оно шевелится во мне. И это - большее чудо...

Харальд понял её слова, но всё спросил:

- Как ты можешь быть уверена в этом, дочь нойды?

- Не забывай, сын великого вождя - сейчас такое время, когда все существа чувствуют, шевеление их детенышей. Саами точно такие же. Маддер Акке, дух что живет под очагом, поместила в мою утробу дочку. С того дня, как мы с тобой побывали в сайво, я знала, что так оно и будет.

- Как ты можешь знать, что наше дитя будет девочкой?

- А помнишь медведя, которого ты встретил в сайво? - загадочно спросила Тиия. - Ведь я была, хотя ты меня не видел.

- Нет, но я чувствовал, как твоё дыхание касаются моего лица.

- А сам медведь? Разве ты не помнишь медведя, которого встретил тогда?

- Конечно, помню. Он мне улыбнулся. А отчего, я так и не понял. И мне никто не смог ответить. Ты же и твой отец упорно молчали.

- Это же так просто! Если бы он зарычал, это означало, что мое дитя будет мальчиком.

Но если медведь улыбается, значит будет девочка. Все саами это знают. Жаль, что ты все ещё остаёшься норегом, Харальд, сын большого вождя...

- Тиия, дочь нойды Каапо, разве ты не хочешь, чтобы я остался, чтобы помог тебе растить нашего ребенка?

- Нет, Харальд, сын великого вождя. Тогда...Все в нашем роду будут знать, что это ребенок чужеземца, близкого к нашим богам, и внучка нашего великого нойды.