Цветок Уршанаби

– Вспомни! Ты должен вспомнить! Ты не сумел добыть цветок Уршанаби. Потому что цветок тот на дне океана, что плескался над красным песком Лахму. Но нет океана уж многие эры, а цветы Уршанаби все еще рвутся сквозь иссохшие почвы к лучам Шамаша.

– Эн, что ты несешь? Какие цветы, Энки?..

Память. Совсем чужая, древняя, поднималась из глубин, проникала в кровь, разъедала бытие, подобно кислоте. И я вспоминал…

В тот раз я не смог. Просто не смог! Не было там никакого цветка! Потому что его вообще не могло быть на земле.

Я выдумал глупую историю про змею, чтоб самому не выглядеть идиотом. Десять тысяч лет назад мой рассказ не казался таким уж нелепым. Теперь-то я и сам бы не поверил, что цветок Уршанаби сожрала какая-то гадюка. Но я обвинил ее, чтобы снять вину с себя. Вину за то, что не смог вернуть к жизни Энкиду.

Время замкнулось в кольцо.

Там, где реки иссохли, вновь города

Восстали над алым песком.

И синим огнем

Разгорелся цветок,

А над ним снова вода.

Острый шип впился в кожу,

И воды окрасило кровью.

Нам ничто не поможет –

Соврали. Я осторожно

Букет мертвецу положу в изголовье.

– Проснись! Проснись, Гильгамеш! – потряс меня за плечо Энкиду.

Я попытался открыть глаза, и лучи Шамаша ослепили. Будто я впервые за несколько веков увидел свет.

– У тебя получилось! Я снова жив, слышишь? – он не переставал трясти меня. – Целый букет! Уршанаби! Я жив! – послышался его громкий, похожий на грозовые раскаты, смех.

Вдох.

Где-то вдалеке все еще слышались завывания песчаной бури. Я потряс головой, отгоняя морок. И шелест песка сменился плеском волн.

– Мне снился странный сон, – заговорил я, будучи все еще не в силах открыть глаза. – Будто мы с тобой летели внутри большой железной штуке, похожей на яйцо, к звездам. А Лахму был покрыт рыжим песком, который когда-то был дном моря. Там-то я и нашел цветок

– Лахму? – снова рассмеялся Энкиду. – Он же маленький, как букашка. Как на нем может быть целое море?

– Не знаю, – выдохнул я.

– Ну, ты и выдумщик. Железное яйцо, звезды, Лахму… Давай, поднимайся. До меня тут слухи дошли, что недалеко от Урука чудище поселилось.

– Тебе мало было? – я все-таки открыл глаза. – Только-только из страны без возврата тебя вытащил!

– Да у нас же теперь целый букет этих цветов! Мы еще столько чудищ одолеем! Давай, вставай уже.